Звоню Яну и прошу обеспечить безопасность Руса, но так, чтобы тот не видел за собой «слежки». Пусть почувствует «прелести» свободы.
– Если не будет прямой угрозы, вообще не лезь, – выдаю инструкцию и устало тру лоб.
– Решил поучить жизни? – ухмыляется Ян.
– Пусть поучится немного. А-то привык, что маменька ор устроит, и папа все проблемы решит. Вот пусть попробует сам.
– Не рано?
– Ян, пацану четырнадцать! Я свои первые бабки заработал в этом возрасте, а он ждёт, пока ему тарелку с супом под нос поставят.
– Красиво жить не запретишь, – беззлобно подшучивает надо мной Ян.
– Вот пусть посмотрит, чего стоит это самое «красиво».
– Хорошо. Я понял. Ещё что-нибудь?
Хочу спросить про Ясмину, очень хочу, но не позволяю себе этого делать.
– Пока всё.
– Отчёт по факту?
– Если не будет ничего серьёзного, давай утром. Надо поработать. И Ян…
– Слушаю.
– Русу никакого алкоголя и прочей дряни.
– Обижаешь.
Сдав ребёнка в надёжные руки, полностью ухожу в работу, но постоянно ловлю себя на том, что нет-нет да и возвращаюсь мыслями к Ясмине…
– Не смотри на меня так…
– Как?
– Так, – ещё больше смущается.
– Не закрывайся. Ты прекрасна, – шепчу и касаюсь губами нежной кожи на шее, растворяясь в блаженной эйфории.
– Алан… – Ясмина выдыхает моё имя и трепещет подо мной.
Меня опять накрывает, и я до безумия хочу её. Снова."
"Громкий шум, совершенно несвойственный в семье мат на фоне бьющегося стекла выкидывают меня из воспоминаний, возвращая в подлинную реальность.
– Ненавижу! Всех ненавижу! Су-ка! – гремит на весь дом.
Руслан громко хлопает дверью и запирается в своей комнате.
Несколько секунд доносятся звуки переворачиваемой мебели, и всё стихает, а наступившая тишина больным эхом расползается по всему дому.
Глава 13
Ясмина
Я не могу объяснить, что сейчас чувствую. Не скажу, чтобы очень, но я всё-таки надеялась, что родители Олега хотя бы немного помогут. А вышло совсем наоборот. Не удивлюсь, если Ольга Дмитриевна сама надоумила своего сына воспользоваться отложенной суммой.
– Мам… – Настя подлезает мне под руку.
– Всё будет хорошо, – говорю больше себе, чем дочке, чтобы не терять в это веры. – Сейчас будем завтракать.
– А ты не будешь ругаться за тарелку? – спрашивает тоненьким голосочком
– Какую тарелку?
– Которую я разбила, – признаётся Настя. Маленькая актриска тяжело театрально вздыхает и несчастно шмыгает носиком. Вот и попробуй поругай такую.
Только после разговора со свекровью я успеваю забыть про разбитую тарелку.
– Нет.
