Бедный, он так мучился, когда брал у меня деньги, так страдал! Но что было делать? Он ведь хотел помочь!
– Ты говоришь всерьез? – прошептала Лена.
– Конечно.
– Веришь в эту чушь?
– Естественно.
– Ми, вспомни, как Кит подростком, уехав в лагерь, начинал бомбардировать тебя письмами, сообщая, что его обокрали. У него регулярно исчезали деньги, а ты бросалась на почту и отправляла ему последние копейки.
– При чем тут это? – перебила Милада подругу.
– Кит сволочь, мерзавец, негодяй! Он грабит тебя, ты для него просто дойная корова! – Лена окончательно потеряла самообладание.
– Гони всех своих нахлебников взашей! Ты сама виновата! Посадила себе на шею дармоедов! Воров! Лентяев! Распустила их! В общем, выбирай: либо ты отселяешь Кита, либо я тебе больше не подруга.
– Леночка, – зарыдала Ми, – не сердись, умоляю. Кит дико зол. Он сжег папку и сказал мне то же самое: либо я рву с тобой отношения, либо он уходит прочь. Боже, что мне делать? Я так виновата! Перед всеми, нет мне прощения! О господи… Наина, прости, ты просила, я пообещала, заверила и не смогла…
Лена с размаху швырнула трубку о стену, дождь пластмассовых обломков рассыпался по полу.
Вот так рухнула многолетняя дружба.
Глава 17
– Ми не пыталась с вами связаться?
Лена кашлянула.
– Нет, небось ее Никиточка запугал.
– И вы больше не общались?"
"Лена вздохнула:
– Нет, не общались. Но я не думала, что так получится. Неделю после того разговора я злилась, но потом остыла и решила связаться с Ми, набрала номер ее мобильного и услышала сообщение: «Этот номер более не принадлежит госпоже Смоляковой.
Желающих связаться с писательницей просим звонить в издательство «Марко».
…Лена совершенно не удивилась, пообщавшись с автоответчиком. К сожалению, на свете много сумасшедших людей, донимающих знаменитостей, поэтому Милада регулярно меняла симкарты. Рыбкина перезвонила в коттедж, к телефону подошел Кит.
– Алло, – лениво произнес он, – слушаю.
Разговаривать с негодяем Лене не хотелось, поэтому она положила трубку, решив позвонить еще раз позднее, когда Никита отправится прожигать жизнь.
Впрочем, Лена набрала хорошо знакомые цифры и вновь услышала противный баритон недоросля. Пришлось спешно отсоединяться.
Три дня Лена в разное время повторяла безуспешные попытки, не понимая, почему Никита сутки напролет просиживает дома. Наконец, преодолев неприязнь, сказала, в очередной раз услышав его голос:
– Здравствуй, Кит, сделай одолжение, позови Ми.
