— Что? Я ничего не заказывала, — не понимаю.
— Я заказывал. Иди. Жду тебя в столовой.
Послушно направляюсь в прихожую. А там, на тумбе, большая корзина с цветами. Очень большая. Мне таких никто не дарил. Белые лилии и ярко-красные герберы. Красиво. Подхожу ближе, трогая кончиками пальцев лепестки. Нахожу небольшую карточку, открываю ее, читая.
«За боль, через которую ты стала моей».
Закрываю глаза. Не понимая, как это воспринимать. Он слишком сложный."
"Беру корзину и иду в столовую. Эмин уже сидит во главе стола и пьет чай, что-то листая в телефоне.
Убираю со стеклянной подставки домашний цветок в горшке и ставлю туда корзину.
— Спасибо, — благодарю и сажусь за стол. Эмин не отвечает, откладывает телефон, берёт себе на тарелку пару блинчиков, сметану и пробует.
— И тебе спасибо, вкусно. Мне, определенно, нравится наш брак. Хочу завтраки от тебя каждый день.
— Эсма меня отравит за это. Она так ревностно охраняет свою кухню.
Эмин опять смеется.
— Не переживай, я с ней поговорю. Это твой дом.
И у тебя вся власть, как у хозяйки.
Киваю.
— Сегодня мы ужинаем у твоих родителей. В семь.
— Это обязательно?
Мне не хочется их видеть.
— Я полагал, ты будешь рада встрече с родителями.
— Я не рада.
— Ты со мной. Моя жена. Они потеряли право влиять на тебя. Собирайся, Алина. Нам нужен этот ужин.
— Хорошо, как скажешь. Тогда мне нужно новое платье и посетить салон.
Не хочу быть серой мышкой в глазах родителей, хочу, чтобы знали, что я справилась с этим испытанием. Пусть увидят во мне новую Алину.
— Хорошо. Через час приедет моя мать, развлекайся. Купи себе самое дорогое платье.
Эмин поднимается с места и покидает столовую.
Глава 22
Алина
— Вам не кажется это платье вульгарным? — спрашиваю у Екатерины, рассматривая себя в зеркале.
— Нет. Не кажется. Длина – ниже колен, хорошо сидит по фигуре. Хотя фигура у тебя… Любое платье сядет идеально.
— Плечи, спина открыты, — поворачиваюсь. Синее платье застёгивается на шее, словно поводок, оставляя открытыми плечи и спину.
Лиф расшит серебром, юбка широкая.
— Думаю, Эмину понравится. Он никогда не был слишком консервативен, в отличие от своего отца.
А мне кажется, она плохо знает своего сына.
— Но если тебе дискомфортно, можно подобрать жакет. Будет стильно. Вот этот, в тон платью, и рукав в три четверти, — снимает с вешалки жакет, помогая мне его надеть.
— Да, так лучше, — киваю.
— Как ты относишься к шпилькам?
— Если они не слишком тонкие и высокие, то нормально.
