Я попытаюсь спасти ситуацию. Хочет шлюху — значит, буду ей. Он ясно дал понять, что привелегий, таких, как встречи с сестрой, у любовницы не будет. Значит, у меня есть только один способ вернуть статус невесты — подчиниться. Или прирезать его. Второй вариант нравится больше, но боюсь, с этим хитрым и умным медведем мне не справиться.
Бросила смятую записку куда-то в угол и решила попросить накрыть мне завтрак в столовой. Нет сил больше сидеть в четырёх стенах. Иллюзия свободы. Да вся моя жизнь стала иллюзией. Я учусь притворяться.
Я одна так живу или нет?
Заодно и схожу в бассейн, это очень хорошо приведёт в тонус после бессонной ночи. Приняла душ, переоделась в купальник и сверху накинула халат. Взяла с собой пушистое полотенце и спустилась вниз. Возле столовой нашла и кухню, из приоткрытой двери которой тянулся соблазнительный аромат бекона и омлета.
— Доброе утро, — поздоровалась я.
Возле плиты колдовал повар с усами и в белой униформе, а прямо на столе сидела молоденькая горничная. Увидев меня, она замолчала и спрыгнула со столешницы.
— Доброе утро, — ответил мужчина, а девушка уставилась на меня во все глаза, не скрывая, что разглядывает. — Вам нельзя здесь находиться. Всё просьбы через Сабиру.
— Я не знаю, где она, — ответила я. — Просто хотела попросить накрыть для меня завтрак в столовой.
— Хорошо, будет сделано, — кивнул повар, и оба продолжили молча смотреть на меня.
Как истуканы, ей-богу. Или роботы, которых запрограмировали на определённые фразы.
Ушла к бассейна. Полчаса в приятной воде, и я снова чувствую себя человеком.
Хотя бы физически. Когда я вернулась к столу, завтрак уже ожидал меня, а та самая горничная, которую я встретила на кухне, принесла чайник и поставила рядом с подносом с едой.
— С лёгким паром, — сказала она.
Я удивлённо взметнула брови.
— Я думала, здесь только немые работают. И повар.
— Немая только Сабира.
— Мне казалось, что персоналу запрещено вести со мной беседы.
— Да, но сейчас хозяина дома нет, а мне очень жаль вас… Сидите как птичка взаперти.
И поговорить не с кем.
— Почему же, есть. С Горским, — ответила я, усаживаясь за стол.
— Он у нас точно не самый разговорчивый собеседник. Налить вам чаю?
— Да, спасибо.
Она наливала кипяток в мою чашку, а сама продолжала пристально вглядываться в моё лицо.
— В чем дело? — спросила я девушку.
— Вы просто такая… Красивая.
— Э-э… Спасибо, — осторожно ответила я.
Сложилось впечатление, что она меня оценивает, словно я какой-то интересный феномен этого дома.
