Достал диктофон, включил его и, положив на столик, проговорил:"
"– Ну вот, все готово для хорошей беседы. Мы не будем ходить вокруг да около, начнем с самого главного. Скажи, это ты помог Анатолию Перевозчикову присвоить акции Георгия Селезнева?
Трудно описать, как на этот вопрос отреагировал Ширейко. Он был ошеломлен, выглядел совершенно потерянным. Несколько раз открывал рот, чтобы что-то ответить, но снова закрывал его. Наконец произнес:
– Откуда вы взяли?! Какие акции?! Какое хищение?!
– Какие точно акции были похищены, мне сообщат уже завтра, – сказал Гуров.
– Передо мной будет лежать полный реестр похищенного имущества. И ты можешь вообще ничего не говорить, полностью отказаться от показаний. Но в таком случае не рассчитывай на какое-то смягчение наказания. Пока же у тебя есть возможность оформить нашу беседу как твое добровольное и чистосердечное признание. Так что решай: идешь ты на такое признание или предпочитаешь получить полный срок. Итак?
Аркадий в замешательстве взглянул в угол комнаты, словно надеялся найти там подсказку, сглотнул и, наконец, выпалил:
– Ну, хорошо! Да, я делаю признание… то есть я все расскажу.
Да, я помогаю Анатолию Олеговичу… в некоторых действиях.
– И давно вы оформили ваш союз? – поинтересовался Гуров.
– В прошлом году. Да, в декабре. Это было в Москве.
– Почему ты решил предать Селезнева? Перевозчиков обещал больше?
– Да! – почти выкрикнул Аркадий. – Больше! Гораздо больше! У Селезнева я бы всю жизнь проходил в помощниках. Да, он меня ценит, хвалит, все такое.
Но кроме оклада и небольшой премии я у него никогда ничего не получу. А Анатолий Олегович обещал взять меня в долю! И отчасти уже сдержал обещание – кое-что выделил.
– Сколько же он тебе обещал в итоге?
– Два миллиона «зеленых». С такими деньгами я смогу начать собственное дело! Перестану быть помощником, вечно вторым!
– Да, цель достойная, – иронически произнес Гуров. – Ради нее и на убийство пойти можно…
– На какое убийство? Я никого не убивал!
– Разве? А разве не ты поставил Насте на поднос отравленный бокал? Специально задержался во дворе, чтобы Ксения не видела, затем встретил горничную в гостиной, и…
– С чего вы взяли?! – Теперь Аркадий уже кричал по-настоящему.
– Не было ничего этого! Я бы никогда ничего Насте не сделал!
– Зачем же тебе понадобилось разыгрывать с Ксенией эту комедию под названием «прогулка под луной»? Зачем ты задержался снаружи?
– Затем… затем… – Аркадий вновь судорожно сглотнул. Видно, признание давалось ему с трудом.
