– Маша-Маша…
Пока я отвлекалась на маму и бесполезный спор, выпустив из вида старшего братика, тот неслышно, как заправский ниндзя, подобрался к компьютеру и напечатал, быстро-быстро перебирая пальцами по клавиатуре.
Mari-mari: Пока пока мой мишка! Чмоки:***
Mari-mari: В носик
Ответ от Дэна не заставил себя долго ждать (еще бы, странные словечки от Федьки его наверняка развлекли не по-детски, сильно, я имею в виду):
Smerch:а ты любишь долгие прощания))))) Пока, мой бурундучок. Хочешь, я тоже напишу тебе: чмоки-чмоки?
Smerch:нет, лучше так: чмафф-чмафф))))
Smerch:только в какую часть тела? Хм, может, в…
Увидев эти кощунственные слова, я просто-напросто нажала на кнопку экстренной перезагрузки.
Мало ли что этот развратник синеглазый напишет!
– Бурундучок? – слегка озадачилась родственница. – Меня так ваш папа не называл, ах, да, у меня же другая фамилия была, но все равно…
– Федька! – вскочила я на ноги, чувствуя, как во мне клокочет ярость. – Вот же ты козлина безмозглая!! Кретин!
О, боги всей Галактики, что обо мне Смерчинский подумает??
– Маша, – опять посуровела мама.
– Прекрати себя так вести! И не ты ли меня учила, что выключать компьютер таким вот образом нельзя? А сама что делаешь?
– Дурак в пятом поколении! – не слышала я ее: в это момент все мои мысли были только о том, чтобы отомстить Федьке. – Ты что написал?!
– Ну, я решил, ему будет приятно, – пожал широкими плечами брат, – как-то ты неласково со своим парнем общаешься.
– Он мне не парень! – Почувствовала я, что меня окончательно довели.
– Ах ты, чмо поганое!
И уже через пять секунд брат с хохотом убегал от меня, явно боясь зажатого в моей руке новенького ремня от джинсов с тяжелой металлической пряжкой, неизвестно как попавшей в мою настольную помойку. И даже выразительные окрики мамы, которая терпеть не могла, когда мы с братом ссоримся, не могли меня остановить.
Орел хотел выклевать на лбу слона позорную надпись…
Однако, этого сделано не было, мама все-таки утихомирила нас, порадовав соседей громкими и строгими словами порицания.
Иногда мне кажется, что в школах милиции у всех будущих сотрудников органов правопорядка намеренно формируют властные, громкие голоса…
Я не опоздала. Ровно в пять вечера я переминалась с ноги на ногу около правой колонны арки, там, где мы со Смерчинским договорились встретиться, и посматривала на любимые наручные часы в форме большого зеленовато-серебряного квадрата на широком ремешке.
