Если повезёт, то и на мою долю выпадет стать героем!»
Крепко сцепив зубы, Октябрина застыла в ожидании удара и не шелохнулась до тех пор, пока отец не протопал мимо, оставив после себя кислый дух квашеной капусты со свиным рубцом.
Мать нарочито шумно, с плеском принялась мыть грязную посуду, иногда поглядывая в сторону Октябрины.
— Обидела ты, Устинья, отца. А за что? За то, что на ноги тебя поднял? Недоедал, недопивал, лишь бы вас, детей, вырастить.
Чем дурить, посмотри лучше на братьев с сёстрами, что живут как порядочные люди и не водятся со всякими голодранцами.
— Пускай мы голодранцы! — Октябрина гордо выгнула шею. — Но мы строим новое государство, и мы его построим, несмотря на сопротивление отсталых элементов, таких, как вы с отцом.
* * *"
"— Фаина Михайловна, в Отдел народного образования поступил сигнал на ваш детский очаг, — сообщила невысокая серая дама с остреньким личиком любопытной мыши.
Она появилась в детском саду с утра пораньше и теперь ходила по пятам и совала свой нос во все щели.
Серой Фаина окрестила уполномоченную потому, что дама из Наробраза была одета в серое пальто и серый берет, едва прикрывающий серо-седые волосы. К груди дама прижимала серую кожаную папку, откуда время от времени доставала то один листок с директивами, то другой. И голос у неё был серый, бесцветный, бубнящий на одной ноте:
— Рабочие матери интересуются, почему вы не рассказываете детям о вождях революции и не готовитесь к шестой годовщине Октября?
Поправив очки на носу, дама пристально посмотрела на Фаину, а потом перевела взгляд на Октябрину, которая зарделась как маковый цвет.
«Интересно, какая это рабочая мать строчит на нас доносы?» — подумала Фаина и тоже посмотрела на Октябрину. Та с усиленным вниманием застёгивала маленькой девочке пуговки на платье и, казалось, была полностью поглощена этим занятием.
— Надеюсь, досадная ошибка, если это ошибка, а не саботаж, будет незамедлительно исправлена, и вы сегодня же развернёте широкую революционную агитацию среди детского коллектива. Тут изложена программа мероприятий, — серая дама достала из папки очередную бумажку и протянула Фаине.
