Появившийся на пороге Женя молча посторонился, словно признавая право Татьяны увидеть тело мужа, кивнул Игорю, чтобы тот не оставлял женщину одну, а сам подошел к застывшей соляным столбом Даше и крепко ее обнял, защищая от всех житейских невзгод.
– Все плохо, да? – тихо спросила она.
– Хуже не придумаешь. Теперь у нас два трупа, что доказывает мою полную профнепригодность.
– Ничего это не доказывает, – горячо сказала Даша. – Ты же не нанимался сюда в охранники. Скажи, Михаил Евгеньевич повесился? Не вынес чувства вины из-за убийства Сэма или испугался, что ты вот-вот его вычислишь?
– Я бы тоже так подумал, – медленно сказал Женя, – если бы не эти следы на песке.
Завтра утром их уже не будет, все смоет дождь. Нам просто повезло, что мы пришли на пляж сегодня, а не несколько часов спустя. Если бы мы нашли тело утром, я бы первый сказал, что убийца Голдберга наложил на себя руки, дело закрыто. Но мы пришли сейчас, поэтому я со всей ответственностью заявляю, что Михаила убили.
А это значит, убийца Сэма по-прежнему на свободе.
– Женя, я боюсь, – сказала Даша и заплакала. – Если это не Михаил Евгеньевич, то кто? У него был мотив: Сэм – его отец. У других такого мотива нет. Да и зачем тогда убивать самого Михаила – замести следы, как ты только что сказал? Утром его нашли бы повесившимся и решили, что он не вынес угрызений совести?
– Или поэтому, или он догадался, кто убийца. Не забывай, что он с кем-то разговаривал на пляже перед смертью. Он встретился с убийцей и что-то ему сказал, видимо, очень опасное.
– Но что именно? – Даша и сама чувствовала, как жалобно, почти жалко звучит ее голос.
Обнимавший ее мужчина поднял голову и задумчиво посмотрел на выходящего из сарая Игоря Арнольдовича, поддерживавшего шатающуюся Татьяну.
– Знаешь, что интересно, – сказал он еле слышно, – Голдберг в разговоре с тобой уверял, что ответил на просьбу своего внебрачного сына и перевел значительную сумму на лечение Жаворонка. А Игорь рассказал нам, что Михаил этих денег не получал, отец отказал в его просьбе, и Лариса Евгеньевна умерла, не получив нужного лечения.
Понимаешь, что это значит?
– Нет, – честно призналась Даша.
– Это значит, что деньги Голдберга получил кто-то другой. И тот самый дорогостоящий подарок, который прошлой ночью твой американец увидел на ком-то из присутствующих.
– Да, ты из-за этого сделал стойку на кольцо Маргариты и серьги Кати, но они оказались ни при чем.
