Так что, по большому счету, наше знакомство следует признать неглубоким, хотя мы и дружим. Вон даже в отпуск вместе поехали. Но из списка подозреваемых я Игната все-таки вычеркну.
– Потому что вы вместе поехали в отпуск? То есть на том основании, что вы – друзья?
– Нет. – Макаров снова понюхал ее волосы и поцеловал, потому что не мог сдержаться. – На том основании, что Сэм Голдберг нанял тебя для поездки именно в Переславль. Он знал, что его ребенок живет здесь, а Игнат – приезжий. Уж Голдберг точно не мог знать, что Дженни наняла Настю, а та притащит с собой своего бойфренда.
Согласна?
– Пожалуй, да, – медленно ответила Даша. – Эту версию можно поставить самой последней и проверить, если мы убедимся, что две другие – ошибочны.
– Итак, Михаил и Игорь. Два серьезных основательных чувака, которые сегодня парились с нами в бане, – задумчиво сказал Макаров и сел, потому что думать лежа, рядом с Дашей, было решительно невозможно. – Ты на кого ставишь?
– На Михаила Евгеньевича, – без тени сомнения откликнулась Даша.
– Я более чем уверена, что это он – сын Жаворонка. Во-первых, я слышала его странную беседу с Татьяной. Когда стало известно о смерти Сэма и ты объявил, что считаешь убийцей того самого ребенка, Татьяна позвала Михаила помочь ей на кухне, я случайно оказалась рядом и услышала, как она умоляла мужа никому ничего не говорить.
– Ты уверена?
– Да. Она шептала: «Не говори им. Никому не говори. Они уцепятся, начнут душу мотать. Не говори, Миша».
– Интересно, и что было дальше?
– Ничего.
– Даша сделала независимое лицо, которое, как уже знал Макаров, выражало легкую степень смущения. – Игорь Арнольдович застукал меня за подслушиванием, поднял шум, Татьяна выскочила из кухни, и мне пришлось уйти.
– Но тогда с тем же успехом Татьяна могла уговаривать мужа не говорить нам, что Жаворонок – это мать Игоря, – подумав, сказал Макаров. – Он мог решиться открыть тайну друга, а Татьяна умоляла не влезать в неприятную историю, по результатам которой два друга могли поссориться. При общем бизнесе это неразумно, сама понимаешь.
– Да, ты прав, – согласилась Даша. – Вот только прошлой ночью я видела Михаила Евгеньевича возвращающимся в дом.
– Когда?
– Я же рассказывала: я проснулась, подошла к окну и увидела Михаила Евгеньевича, который шел от своего дома к отелю. Потом я услышала шум на лестнице, выскочила и столкнулась с Сэмом.
– А потом от ветра разбилось стекло, – задумчиво сказал Макаров.
– Ну да. Сэм как раз хотел мне что-то важное сказать.
