Но в итоге Власов сумел найти нужные слова, и я до сих пор благодарна ему за это.
Это действительно того стоило. Мой любимый мужчина оказался достаточно умным и опытным, чтобы понять, что мне это действительно было нужно. Возможно, дело было в том, что он сам прошел через подобное. Расспрашивать подробности я не стала - видела, что каждый раз, когда речь заходила про Гену, он напрягался, словно ждал удара.
До сих пор.
А ведь его брат был мертв…
На опознание мне съездить все же пришлось. Пока не вошла в комнату, где лежало тело моего вроде как мужа, я не понимала, зачем это нужно.
Ведь смерть зафиксировали, поняли, что это именно Гена.
Однако увидев, в каком состоянии было тело Власова-младшего, многое прояснилось.
Сложно было поверить, что он и правда случайно нашел вот такой финал. Потому как следов физического насилия было предостаточно.
- Это он, - подтвердила тогда, едва сдерживая приступ тошноты. Хорошо, что Володя был рядом и вовремя поддержал меня. - Мой муж. Геннадий Власов.
После этого все формальности были улажены.
Почти все.
Дальше следовали похороны.
Меньше всего мне хотелось присутствовать на данном мероприятии. Но Адам и Володя убедили меня, что иначе я дам повод не только для сплетен, но и для другого рода домыслов. Я совершенно не была сильна в этих играх и доверилась им.
Отлично помнила, как проходили похороны отца. Это был дождливый, мрачный день. Но мама почему-то не выглядела убитой горем. Вот что поразило меня тогда. И я никак не могла понять - это же ее муж там, в гробу.
Теперь же я сама оказалась в похожем положении, и у меня не было слез или сожалений. Не было вообще никаких чувств или эмоций.
И когда мельком увидела свое отражение в тонированном окне внедорожника, я вдруг поймала себя на мысли, что выглядела совсем как она.
Наверное, именно тогда я четко осознала - мама не любила отца. Все ее слова, вся ее ненависть, желчь - все это вдруг обрело форму, что ли.
Это было довольно странное открытие, но вместе с тем оно дало мне возможность наконец понять важную вещь - я ничем ей больше не обязана.
Словно карточный домик, который я так старательно удерживала от полного разрушения все-таки оказался в руинах. И больше не за что было цепляться.
А главное - я и не хотела этого.
Именно так, на кладбище, я смогла окончательно отпустить ситуацию с предательством и понять кое-что важное - я не хочу прожить всю свою жизнь в страхе. Я хочу быть счастливой. Хочу любить. Хочу быть любимой.
