И Сергей Палыч спокойно досыпал остаток утра, даже во сне сожалея, что человек не в состоянии накопить сон, как верблюд накапливает воду…
Но и этот сон, как все на свете, закончился, и подполковник сразу проснулся и открыл глаза, когда его легонько тронули за плечо. Старший лейтенант Рататуев, которому выпало удовольствие быть часовым по прибытии вертолетов, кивнул в сторону группы офицеров.
– Полковник Самокатов допрос закончил. Вас требует…
– Иду, – сразу согласился Занадворов и рывком встал на ноги, одним этим движением возвращая себе бодрость духа и ясное сознание.
* * *Самокатов сидел на большом камне рядом с каким-то человеком. Оба они встали при приближении командира группы спецназа ГРУ и поочередно протянули руки.
– Рад очно познакомиться, Сергей Палыч, – сказал Самокатов, человек небольшого роста, внешне очень подвижный и энергичный, с низким голосом, весьма несоответствующим его внешности.
– Взаимно, товарищ полковник.
– Старший следователь по особо важным делам Россомахин, – представился второй.
– Окружной следственный комитет при военной прокуратуре. Навалили вы нам работы на месяц вперед! Пока со всеми разберешься… Хотя с теми, которых вы здесь остановили, все более-менее ясно. Отряд, вернее, три отдельных джамаата, состоял в основном из афганских и арабских наемников. Отправлялись отдохнуть на родину, но не дошли.
– Значит, больше не появятся в наших краях, – резонно рассудил Занадворов.
– И это тоже правильно, – согласился Россомахин. – Впрочем, это все не мои заботы, а только дела моих коллег, которые стонут, скажем так, от вашей производительности труда. Я соглашусь, что у них работы и без того хватает, а вы им добавили втрое против нормы. Я же здесь по тому же делу, что и Георгий Игоревич.
– Да, Сергей Палыч, нам сообщили, что вы слишком мало спали в последние дни, и потому мы решили провести допрос без вас. И провели. Один из чеченцев, кстати, давно и безуспешно разыскивается по всей Европе Интерполом, но безуспешно.
А вы его здесь захватили, хотя, согласно нашим данным, в Чечню он обычно наведывается на день или два, и информация о его прибытии всегда запаздывала. Мы ничего не успевали сделать, как он исчезал из поля зрения всех силовых структур.
– Это кто такой? – спросил Занадворов, уже примерно зная, о ком идет речь.
– Некий Джогирг Вахович Зурабов.
