Мы договорились с ним, что в ближайшее время мы пришлем в его поместье ее вещи и те драгоценности, что принадлежали ее бабушке и не были фамильным драгоценностями Кросби.
— Тебе вовсе не обязательно вращаться в их кругу, — успокоила его я. — Ты можешь просто наслаждаться тем, что у нас теперь есть такой восхитительный дом, как Кросби-холл. Обзаведись женой и детишками, и я с удовольствием буду их нянчить на правах заботливой тетушки.
— Какая чушь, Кэтти! — воскликнул он. — Ты должна нянчить своих детей! Тебе надлежит выйти замуж и составить счастье какому-нибудь хорошему человеку.
Ты этого вполне заслуживаешь. А брак с Джейкобом тебе следует забыть как страшный сон.
Но я лишь покачала головой. Да, мне хотелось бы верить в то, что это было еще возможно. Но мое замужество оставило у меня слишком много неприятных воспоминаний.
На следующий же день мы стали получать приглашения на приемы от наших соседей, которые все эти три месяца выжидающе следили за тем, как развивались события в суде.
И теперь, когда мы были признаны наследниками графского рода, местное общество желало из первых уст узнать обо всей этой истории, которую одни наверняка считали постыдной, а другие — романтичной.
— Они будут смотреть на нас как на диковинных зверей в цирке, — хмуро сказал брат. — И шушукаться за нашими спинами. Ты же знаешь, Кэтти, что на таких приемах я непременно допущу какую-нибудь оплошность и дам им повод посмеяться над нами.
— Нас никто не заставляет принимать эти приглашения.
Но я думаю, что ты как граф Кросби должен будешь устроить прием у себя. И будет лучше, если до этого ты побываешь хотя бы на нескольких таких мероприятиях.
Он поморщился, а я рассмеялась. Думаю, однажды ему понравится быть графом.
Через пару дней нам нанес визит Генри Берроуз. Нэйт еще не был с ним знаком и поначалу чувствовал себя в его обществе несколько скованно. Но наш сосед держался с ним так запросто, что сразу его к себе расположил. И эта поддержка была для моего брата очень важна.
А вот во мне беседа с лордом Берроузом пробудила мысли, от которых я пыталась избавиться всё это время. Он передал мне привет от своего друга герцога Стенфорда. И это заставило меня покраснеть, о чём вечером, уже после отъезда гостя, я вспоминала с большим стыдом.
Я была благодарна Стенфорду за помощь и в деле возвращения нам титула, и в деле реабилитации Алвина Кросби, и в деле Сэмюэля. Процесс над моим пасынком должен был вот-вот завершиться.
