Добравшись в зал ожидания, я оплатила большую кружку ароматного черного горького напитка со своей новенькой карты.
Это было чудесно. Все же лучше кофе ничего нет.
Но удовольствие было испорчено появившимися в зале двумя бывшими одногруппниками. Они выглядели как затравленные сурки. Бегали что-то вынюхивали, а при виде меня даже как-то радостно нехорошо так заулыбались.
Не к добру, ой, не к добру!
Допив кофе, я быстрым шагом, не оборачиваясь, рванула на корабль. Не стоило вообще выходить. Но меня тут же догнал оклик.
– Стой, мусорщица! Стой, кому сказал.
Я сорвалась на бег. Лучше, вообще, не попасться им в руки, ничего хорошего за все годы обучения в академии я от них не видела. Разом, вспомнив все их «милые» розыгрыши и «уговоры» выполнить для них рефераты и доклады, прибавила скорости.
Уже влетев в доки, приостановилась и вновь зашагала быстрым шагом. Не солидно как-то, чтобы кто-то из новой команды заметил, как я тут петляю как заяц. Осталась надежда, что эти двое не захотели позориться и не рванули за мной.
Оборачиваться не хотелось. Лучше быстренько проскочить на корабль и забыть как страшный сон всех, с кем я «имела честь» учиться.
Уже подходя к теперь уже своему кораблю, неожиданно почувствовала боль в руке. Кто-то с силой сзади меня дернул и вывернул ее. Я взвыла и дернулась, но все было бесполезно. Меня крепко держали и старательно причиняли ощутимую боль. Удары посыпались градом: в живот, по спине, тычки в бок. Извиваясь, я пыталась вырвать свою руку из захвата. Но их было двое.
Один крепко держал, выворачивая конечность, второй методично избивал.
– Я сказал, стой! – прошипели мне в ухо. – Ты что оглохла? Мразь. Сейчас пойдешь в академию и скажешь, что сама не стала проходить распределение.
Новый удар в живот заставил согнуться и шумно втянуть в себя воздух.
– Поняла меня, мусорщица? Я из-за тебя не собираюсь выговор получать.
– Отпустите меня, – взмолилась я, но в ответ захват только усилился.
Из глаз брызнули слезы. Давясь рыданиями, я тщетно трепыхалась в их руках.
– Да что вам надо от меня? – закричала я.
– Сама знаешь, тварь. Всю вину на себя возьмешь, – процедили мне в ухо.
Мой бывший одногруппник зло рыкнул и ударил в спину. Да так, что дыхание сперло. Это был не первый раз, когда он силой требует от меня чего-то. Раньше это были контрольные и рефераты, которые я писала для него. Но что теперь ему нужно, я не понимала. Этот здоровый бугай получал удовольствие, скручивая сильнее мою руку, хотя куда сильнее – не понятно.
