— Я и не таких амбалов рубил!
Рюса Зеленый Коготь походя выхватывает огромный меч из ящика с товаром. Быстро перекидывает тяжелую железяку из руки в руку как пушинку, привыкая к тяжести. Молниеносный взмах, и снесенная голова Зубра перелетает через весь склад.
— Медленный больно, одначе, — вздыхает Рюса, стряхивая с клинка кровь. — Долго бьешь — быстро теряешь голову. Так завещала Птица О Семи Головах. Птица очень быстрая, надо учиться у птиц.
Бойня заканчивается. Ящеролюди ворвались зеленой лавиной и мигом перебили всех бандитов.
— Дело сделано, вожак, — докладывают рептилоиды.
— Хватайте ящики и несите в железную повозку, — велит Рюса, довольно оскаливаясь. Он бросает взгляд на разбросанные автоматы. — Пулялки тоже возьмите. Посланник Птицы нас точно похвалит.
* * *
С утра графа Юлия Стяжкова ждали две новости. Одну можно назвать хорошей. Вещий позвонил и извинился за съеденную его обормотом-рептилоидом кошку жены, а также перевел крупную сумму на банковский счет. Кошка столько не стоила даже близко, да и, честно говоря, Юлий порадовался, что вечно царапающаяся тварь наконец исчезла, но ущерб репутации был нанесен и Вещий его компенсировал.
А вот вторая новость привела графа в уныние.
— Кто-то зачищает наши банды в Москве и близ столицы! — сжимает он кулаки. — Уже второе нападение! Но в это раз грабители почему-то забрали товар!
— Банда Зубра всё же заведовала не произведениями искусства, которые легко отследить, — замечает начальник Охранки. — Мечи намного проще сбыть, пускай и цена сравнительно небольшая.
Господин, вы всё еще не думаете, что это Вещий?"
"— Ну откуда бы щенку знать о всех подчиненных нам бандах?
— Он одолел вашего брата Аарона и мог забрать его память.
— Как возможно забрать память у Грандмастера? — кривится Юлий. — Я не понимаю этого, хоть убей. По случайности убить — вероятно. Но свалить, обездвижить, безнаказанно залезть к нему в голову и не помереть? Уволь, но это невозможно. Вместо того чтобы гадать, лучше усильте контроль за бандами, чтобы в следующее подобное нападение можно было мигом перебросить на место гвардейцев.
— Будет сделано.
* * *
— У вас поразительная точность, Данила, — замечает преподаватель, наблюдая за моими манипуляциями над ниточными пси-конструктами. Он даже снял очки, чтобы убедиться, что не привиделось.
Не знаю, что там он такого особенного увидел, ведь я всего-навсего связал из тонких нитей из писоники узор «турецкий огурец».
— Разве, Иван Иванович? — приподнимаю бровь.
