— Мелиндо, ты только не сердись, — начинает блондинка, вставая сзади меня. Ее руки ложатся мне на плечи и массируют трапецию. Нажимы нежные и крепкие одновременно. Только Лакомка так умеет. — Но вчера ты был сильно занят, поэтому я не смогла тебе рассказать. Тут случилось одно происшествие.
— Что, Светка вызвала на дуэль какого-нибудь москвича? — отдавшись рукам Лакомки, я беру со стола сегодняшнюю газету и раскрываю разворот. — Ого. А не об этом ты случайно хочешь рассказать?
— Зависит, что там написано, — осторожно замечает блондинка, ласково проведя ладонью по моей шее.
— «В ТРЦ „Лабуда“ телохранитель графинь Вещих-Филиновых, иномирянин с крокодильей головой, накинулся на кошку графини Стяжковой и целиком проглотил животное. От данного зрелища графиня Стяжкова упала в обморок», — прочитываю. — Вот это.
— Да, именно об этом я и хотела рассказать, — вздыхает Лакомка.
— Куда Рюса смотрит, хотел бы я знать? — протягиваю. — Совсем не следит за своими оболтусами.
— Эм, милый, это как раз и был сам Рюса.
Ого, ну тогда надо поскорее поговорить с ящеролюдьми. Мои жены постоянно появляются в свете, и телохранители им положены самые надежные. Самые сильными воинами в гвардии являются ящеролюди. Но вот такими гастрономическими конфузами они заслуживают себе и моему роду очень неприятную репутацию.
Лакомка доделывает мне массаж, я заканчиваю дела и отправляюсь на гвардейскую базу. Прибыв, отчитываю Рюсу, а тот с грустью оправдывается:"
"— Эта зверюга съела птицу, о посланник Птицы О Семи Головах.
Честь племени не позволила мне стоять в стороне и не отомстить за мученика, одначе!
Не сразу, но удается выяснить конкретику. Оказывается, кошка Стяжковой съела залетевшую в ТРЦ ласточку, а ящеролюди почитают всех птиц воплощениями той самой Птицы о Семи Головах и не приемлют насилия над пернатыми. Надо бы это учесть и случайно не попасться на глаза ящеролюдям с ведерком жареных крылышек из местного «Ростикса». Рюса мне ничего не сделает, конечно, но некрасиво обижать и расстраивать доверившихся тебе воинов наплевательским отношением к их обычаям.
Но уважение — обоюдоострая палка. Поэтому требую от Рюсы больше не пугать наш народ, как бы ни было жалко птичек. Рептилоид признает мое право и дает обещание больше не мстить за пернатых.
Заодно, раз уже приехал, я инспектирую вооружение ящеролюдей. Тут как раз и Серега Сивых спускается пожаловаться на крокодиломордых.
