– Ладно, – Борис крепче прижал ее к себе. - Значит, я. – Он помолчал. – Знаешь, меня заводят в сексе с тобой две совершенно противоположные вещи. Первая – это… – он замолчал.
– Ну! – поторопила его Оля.
– Обещаешь не обиҗаться? Там, собственно, ничего обидного и нет, но…
– Я честно буду стараться не обжаться. Особенно если там не на что обижаться.
– Хорошо. Так вот, первое – мне ужасно нравиться доминировать. Это не имеет ничего общего с желанием тебя унизить или оскорбить, – заторoпился Борис. - Это, видимо, что-то такое глубинное и… В общем, когда ты стоишь передо мной на коленях и ласкаeшь меня ртом – у меня напрочь отрывает голову.
Или когда я беру тебя сзади. Это, правда, не имеет ничего общего с тем, что я хочу тебя унизить. Это… черт, я не могу объяснить!
– Я понимаю, – Оля положила ладонь ему на грудь, на самое сердце. Ну что ты так разволновался, я и в самом деле понимаю. И принимаю. - А что со вторым?
– А второе… Меня дико заводит, когда ты проявляешь инициативу. Когда ты сама раздеваешь меня.
Когда я вижу твое желание. И… и когда ты сверху – это пиздец как красиво.
Оля поняла, что он ее все же сумел вогнать в краску. Но это было приятное ощущение. Теплое.
– Твоя очередь, Липа, – хрипло продолжил Борис.
Она потёрлась щекой о его плечо.
– Боюсь, мне нечем тебя удивить, Боря. Мне просто нравится, когда ты касаешься меня. Как ласкаешь.
– Где?
– Везде.
– Липа!
– Там – особенно.
И тут же она оказалась на спине. Борис навис над ней. Медленно провел ладонью по телу: плечо, грудь, живот, бедро.
Рука замерла.
– Там – особенно?
– Да, - ее голос тоже стал хриплым. - Особенно – когда целуешь.
– Липа моя… – простонал он, сильнее вжимая ее в матрас. - Как же я тебя … хочу.
Когда-то слова «Я тебя хочу» пугали ее. Теперь – сводили с ума.
– Бoрька… – она погладила его по напряженному плечу. - Мы с тобой на этой неделе уже выбрали лимит в два раза в неделю. Дважды выбрали.
Он коротко хохотнул и прижался к ней бедрами.
– Какая же ты у меня злопамятная язва…
– Не зло, а просто памятная.
И, кстати, Борь. Не спей пить эту «Виагру», она вредная, я прочитала.
Он ещё раз рассмеялся, а потом обнял и перекатился на спину, увлекая ее на себя. Потёрся щекой о щеку, коснулся губами уха.
– Да какие к черту таблетки, Липа. Ты – моя персональная «Виагра». Ты только люби меня, Липа – и все будет в порядке.
Эти слова она потом вспоминала, уже ночью. Борис спал, а на Олю напала бессонница.
