– Ну, ты нас оставил практически без всего. Что у нас осталось? Часть клиники, квартира.
Белов ничего не отвечает, и в его глазах читается что-то, что я давно не видела. Сожаление? Боль? Растерянность? Я не знаю.
Раньше он был совсем другим. Весёлым, уверенным в себе, упёртым в достижении цели.
– Да. Я о клинике именно и пришёл. По закону, как ты понимаешь, я могу при разводе претендовать на твою часть клиники, а я ты на мою. Воронов… – замолкает на мгновение, – он насел на меня основательно. Я должен отдать ему свою часть.
Ты можешь согласиться на то, что не претендуешь на мою часть письменно, когда спросят об имуществе в суде? Ну, естественно, я на твою не буду претендовать. Адвокат мне сказал, что достаточно будет мирового соглашения от нас, чтобы закрыть разом все юридические вопросы.
– Интересно, – говорю притворно, словно я не в курсе, что Александр насел на моего почти бывшего мужа. – Ты хоть сам понимаешь, что ты всё потерял по глупости? И меня в это втянул?
Кивает.
– Может, тебе надо лечиться от игромании? – спрашиваю честно.
– Есть клиники…
– Нет. Я больше не играю. Был соблазн, когда были большие деньги, а теперь нет денег, нет и соблазна, – думаю, он сам сожалеет о том, что это случилось в его жизни. Но изменить уже ничего нельзя. – Соблазнился на роскошь, которую увидел у Воронова, на деньги, которые, как мне казалось, смогут легко приплыть в мои руки… – начинает откровенничать, но мне это теперь неинтересно.
Я хочу закончить быстрее этот разговор, и чтобы он вышел из моего кабинета.
– Ясно, – обрубаю резко его речь. – Насчёт твоего предложения – считаю его отличным. Я согласна на такие условия.
– О квартире надо подумать. Она у нас с тобой в совместной собственности.
– Да, надо продавать её.
– Не надо. Я хочу дочери долю свою отдать. Думаю, это будет справедливо.
Сижу, пребываю в шоке. Даже не верится, что мне говорит это Белов. Он сам, добровольно отказывается от своей доли в квартире? Но тогда у него ничего не будет от слова «совсем».
– Это Воронов на тебя надавил и по поводу жилья? – пытаюсь понять его мотивы.
– Нет, это я сам решил. Мы же продали ту квартиру, что покупали ей. Но я потерял те деньги.
– Честно, неожиданно. Но если ты не обманываешь, я, конечно, за.
– В клинике пока останусь работать, но постараюсь не попадаться тебе на глаза. Ты как, сможешь меня немного потерпеть?
– Недолго, – кивает.
– Марта, я на самом деле про Лару не знал, что она звонила матери твоей.
