И он своего добился. Основные активы он вывел благодаря тем же самым бандитам.
– Каков подлец…
– Да. Слишком мстительный человек оказался. А я слишком юный и неподготовленный к такой войне. Что я мог предвидеть, если у меня не было опыта в бизнесе в мои двадцать с хвостом? Ничего!
Догадываюсь, ему тяжело даются такие признания собственных неудач.
– Мы с Ириной и Ларой уехали на север. Там я через знакомых устроился на хорошую работу и начал работать сутками напролёт. Я помнил обещание, которое дал Станиславу Фёдоровичу о том, что Ирина и маленькая Лара ни в чём не должны нуждаться.
Но Ирина привыкла жить хорошо, поэтому считала это всё нормой, нежели какими-то нашими победами и достижениями. Лару приучала относиться ко всему так же. А мне убеждать в обратном их двоих было просто некогда. Да и Ларка болела сильно там. Климат никак не хотел её принимать, а она не хотела принимать климат. Ирина очень переживала. Прямо до истерик. Говорила, что надо уезжать, мол, им здесь не место и эта земля никогда не станет родным домом.
– И вы вернулись сюда?
– Они вернулись. Ирина не хотела менять что-то в своей жизни в плане денег, а на Севере я уже был не самый последний начальник. В итоге я остался там, но сам себя оправдывал: я жил ради них, работал ради них. Они были моими хоть и очень капризными, но очень любимыми девчонками. В итоге я старался компенсировать своё отсутствие почти семь лет работы подарками, деньгами. Ну вот, в итоге и докомпенсировался. Лара вошла в подростковый возраст, когда я вернулся, и стал развивать бизнес здесь.
Она не видела краёв, не считалась ни с чьим мнением, а я бесился. Я тогда стал замечать в ней гены братца моей жены, где нет тормозов, привязанностей, любви к близким. И это пугало меня. Ну, естественно, я начал, так сказать, закручивать гайки. Ларе это не понравилось, а Ирина неожиданно встала на её сторону. Мы начали ругаться и в итоге разъехались. Ну а потом развелись. Лара родила, как я говорил, неизвестно от кого.
И понеслось дальше. Ирина рыдала, просила помощи, и единственное решение, которое я принял – забрал дочь и внучку к себе. В какой-то момент после этого даже просвет наступил. Но ненадолго... Она нашла себе сначала одного мужика, потом второго... потом вот Белова захотела в дом притащить.
– Да, помню. Слушаю тебя и понимаю: я совсем не знаю, как лучше. Не даёшь детям многое – плохо. Даёшь – тоже. Где она, золотая середина?
– А кто же знает.
