— Готов? — отшвырнул Романцев окурок.
— Да, — охотно откликнулся Копылов, взявшись за ключ.
— Текст таков… «Юпитеру. Сегодня утром от вас прибыл курьер, назвался Фролом. Передал запрашиваемые документы и 30 тысяч рублей. Другую часть денег не принес, сказал, что не нашел ее на месте сброса. Очень опасаюсь, что деньги могут отыскать местные жители, может, стоит подключиться к поискам? Срочно сообщите, как следует поступать дальше. Бобер».
Вытащив блокнот с кодом, Копылов быстро зашифровал радиограмму и взялся за ключ.
— Передал, — в ожидании посмотрел он на старшего лейтенанта.
— Будем ждать ответа.
Не прошло и пяти минут, как Геннадий Копылов произнес:
— Передают… Записываю… Сейчас расшифрую. Много времени не займет… Ага, все! «Бобру. Командованием “Ваффен-СС” вы награждаетесь медалью “За храбрость”. Фрол — очень надежный человек, мы в нем не сомневаемся. Очень жаль, что он не нашел посылку. Но рисковать вам не следует. Этот район уже может быть оцеплен подразделениями НКВД, и там могут ждать вашего появления.
Оставайтесь в своей квартире, в посылке не было ничего такого, что могло бы вас скомпрометировать. Все остальное, в том числе и деньги, мы пришлем в следующий раз. Фрол пусть немедленно уходит. Он должен перейти линию фронта в районе расположения тридцать третьей армии советских войск близ поселка Ермоловка, наше командование предупреждено, пусть воспользуется резервным сроком. Юпитер».
Романцев внимательно перечитал радиограмму.
— Значит, медаль «За храбрость» получил? Ну-ну… Когда обмывать будешь, не забудь меня позвать. Вы свои награды со шнапсом, что ли, обмываете, или как?.. Ладно, ладно, не дуйся… Пошутил я. — И, повернувшись к Никифорову, произнес: — Хорошо вам здесь, на свежем воздухе? Природой можно любоваться. Вот только дел у нас в городе по горло! Все! Возвращаемся.
На Лубянку, в центральное управление «СМЕРШа», Тимофей Романцев подъехал ближе к полуночи. Светомаскировка слегка пропускала рассеянный свет.
Если ее содрать со здания, то оно заполыхает, как новогодняя елка. Судя по количеству народа, что толкались в здании, работы за последние месяцы привалило.
Показав удостоверение на входе, Романцев прошел к полковнику Утехину, который уже ждал его появления.
— Проходи… Присаживайся… Давай перейдем сразу к делу.
— Вот последняя радиограмма, — вынул Романцев из папки листок бумаги и положил его перед полковником.
