Их было много, несколько десятков, большая часть из которых — милиционеры и железнодорожники.
— Где диверсанты? — строго посмотрел Романцев на примолкшего начальника милиции.
— Кажется, ушли…
— Объясните толком, что здесь произошло?
— Мы даже не поняли, что произошло, — переборов замешательство, заговорил майор Орбенин. — На станцию строем пришла группа военных. На них сначала никто не обратил внимания, мало ли сейчас военных… тем более на железнодорожных узлах. Все на фронт едут! Приезжают, уезжают, за всеми не уследишь.
Прошли в здание вокзала, вели себя уверенно, такое впечатление, что были здесь не однажды.
— А документы у них не потрудились спросить? — все так же сурово спросил старший лейтенант."
"— Спрашивали! Документы у них в порядке были, как и положено, по форме, с правом прохода на железнодорожный узел. А потом вдруг — как рванет! — показал майор на водокачку. — И вода фонтаном! А следом цистерны с бензином взорвались. Загорелись соседние строения, пытались их тушить, но тут стрельба началась.
— Он кивнул на двух убитых милиционеров, лежавших на дороге, и продолжил: — У Артема с Глебом как раз смена была, они даже не поняли, что произошло. Один из автоматчиков проходил мимо и просто полоснул по ним. Дальше стрельба на запасных путях началась, там караул стоял. Солдатики поняли что к чему, открыли ответную стрельбу, а им в спину несколько очередей. Человек десять сразу полегло.
Тимофей переходил от одного пути к другому. Картина была мрачная. Такую можно увидеть только после ожесточенного длительного боя.
Диверсанты и бойцы Красной армии были одеты в одинаковую форму, так что отличить своего от чужого, тем более ночью, весьма сложно.
— Какая была ваша главная задача?
— Охранять железнодорожный узел, — четко ответил майор.
— Вы ее выполнили? — Начальник милиции стыдливо отвел глаза. — Сколько погибло ваших людей? — в упор посмотрел на него Романцев.
— Сейчас это сложно сказать… Но, думаю, не менее тридцати человек.
— Тридцать человек… Где сейчас диверсанты?
— Не знаю… Видно, куда-то разбежались.
— Разбежались? Почему вы не знаете, куда ушел враг? Почему не организовали преследование? — Майор продолжал угрюмо молчать. — Старшина, — посмотрел Романцев на стоявшего рядом Сидорчука, — забери у майора пистолет и отведи в комендатуру. Пусть посидит там для дальнейшего разбирательства.
— Слушаюсь! Пистолет, — навел старшина автомат на майора. Тот повиновался: выудил из кобуры «ТТ» и протянул его старшине.
