Ярко вспыхнула люстра, на какое-то время ослепив присутствующих. В палате лежали шесть человек. Двое проснувшихся настороженно посматривали на вошедших. Сон больного человека чуткий, тут любая скрипнувшая половица разбудить может, а уж ночная делегация из трех человек во главе с дежурным врачом — почти событие! В углу на металлической панцирной кровати лежал тяжелобольной. Голова его была перевязана, рука и нога — в гипсе, лицо в многочисленных ссадинах и кровоподтеках. Выглядел он незнакомым. Только повнимательнее всмотревшись, можно было понять, что на кровати лежит Геннадий Копылов.
Крепко ему досталось!
— Когда, по-вашему, он должен прийти в чувство?
— Мы делаем все возможное для этого. Но для быстрейшего восстановления потребуются лекарства, которых в настоящее время у нас просто нет в наличии.
— Напишите мне список нужных лекарств, мы доставим их в кратчайшие сроки, — пообещал Романцев.
— Хорошо, — согласился военврач, — я так и сделаю.
— И все-таки меня интересуют сроки его восстановления, хотя бы приблизительные.
— Мозг у него не поврежден, но сотрясение довольно сильное, на полную реабилитацию уйдет значительно больше времени. Но неделя — вполне реальный срок, когда он может хоть как-то ходить и адекватно оценивать ситуацию.
— Неделя — это слишком долго, мы даем вам три дня! За это время он должен быть если уж не здоров, то, по крайней мере, удовлетворительно себя чувствовать.
— Молодой человек, — строго посмотрел подполковник поверх очков на Тимофея. Столь необычное обращение выдавало в нем человека штатского, мобилизованного в действующую армию из какой-нибудь столичной клиники, — я, конечно, не господь бог, но постараюсь сделать все, что в моих силах.
Но три дня… — покачав головой, добавил он, — это крайне сомнительно.
— И еще у меня просьба, личная… Создайте ему приемлемые условия, где он мог бы побыстрее восстановиться. Может быть, отдельную палату.
— У нас очень тяжело с помещениями… Хотя, что-нибудь придумаем. Есть одна палата, где у него будут всего лишь двое соседей.
— Спасибо, доктор. Откуда у вас можно позвонить?
— Сейчас? — удивленно спросил подполковник, невольно глянув на настенные часы, показывающие четверть третьего.
— Именно.
— В моем кабинете есть телефон. Пойдемте.
Доктор выключил свет и вышел из больничной палаты.
— Пожалуйста, — показал он на аппарат, когда они вернулись в кабинет. — Можете воспользоваться.
Тимофей быстро набрал номер и с волнением стал вслушиваться в гудки.
