Безусловно, многих деталей жизни Софьи и Макса она не знает, но права моей Ягодки отстаивает вполне достойно.
Представляете, этот олух до последнего надеется на благосклонность судьи. Так, на первом заседании Макс вывалил на присутствующих «правду» о любовниках Сони, упомянув мое имя и фамилию. Доказательств никаких, но сам факт! Очернил имя матери своего ребенка перед всеми.
Хорошо, что меня не было.
Я бы не сдержался и прямо там набил ему морду. Пусть сажают на пятнадцать суток, штраф выписывают. Плевать.
.
По-хорошему этот человек не понимает. Он даже капустницу свою в суд притащил. К слову, она выглядела как моль — бледная, с прилизанными волосами, одета как попало.
Макияжа ноль, в ушах — дешевая бижутерия для пятиклассниц.
С Максом никто не хочет сотрудничать. Я уничтожил его гуляющей в сети инфой про мошенничество. Мне его жаль, конечно. И не жаль совсем. Он медленно, но верно шел к краю пропасти. Маленькими шажочками уничтожал семью, уважение, доверие. Он лжец.
Мошенник и есть.
.."
"— Дядя Герман, может, сегодня зайдете? - вздыхает Настена. - Та дурочка ни одного заседания не пропускает, а вы в машине ждете.
— Пойду, конечно. Сегодня все закончится, Насть.
У нее глаза на мокром месте. Я нанял повара, настоял на переезде Настюхи в мою квартиру. Зачем девчонке одной жить, пока мать в больнице? Сонька стеснялась, отказывалась. Переживала, что
Настена меня стеснит. А я впервые за долгое время ощутил ответственность за ребенка в полной мере. С сыном Ольги ни черта ее не ощущал.
Артемом она занималась, я лишь оплачивал счета в клиниках.
— А если адвокат папы что-нибудь придумает, и меня не оставят у мамы? — со слезами в голосе спрашивает Настя.
— Такого не случится. Папа не станет поступать с тобой так подло, — пытаюсь ее успокоить я.
— Дядя Герман, хорошо, что вы меня перевезли к себе. Я маме не стала рассказывать, но в квартиру ко мне приходила эта его.. Бабочка…
— Настенька, надо было сразу рассказать мне, — беспокойно ерзаю на кресле.
— Что она тебе предлагала?
— Принять сторону папы.
— В обмен на что? — хмурюсь я.
— Учеба за границей, свобода... Курорты, моря и золотые горы.
— Настена, у твоего папы скоро не будет денег для оплаты счетов. Какие там, к черту моря?
Ладно... Ты молодец, что приняла сторону мамы. Бежим?
Дождь стихает. Настя аккуратно, чтобы не испачкать штаны, переступает лужи и уверенно направляется к турникету.
В зале суда на удивление спокойно.
