Радоваться закатам и рассветам, гулять и собирать цветы и грибы, путешествовать. Обсуждать планы на отпуск, обниматься...
А наши с женой разговоры сводились к обсуждению новых методов лечения Артема.
Я просто устал. Не выдержал. Сломался.
Потому, узнав, что Рита беременна, я сорвался с места и улетел в тот же день.
— Доктор, есть новости? - вламываюсь в его кабинет без стука.
Рита загремела в больницу с кровотечением. Отслойка плодного яйца, повышенный тонус матки, высокое давление, отеки.
Ума не приложу, что могло привести к такому?
Она ничего не объяснила.
Рыдала в трубку и умоляла меня приехать.
Я бросил Соньку, потому что не был готов к объяснениям. Промолчал, давая себе шанс обдумать ответ. Что я ей скажу? Мы неплохо потрахались, но моя «не пойми, как она стала моей девушкой»
беременна?
А ты вали домой, ягодка. так, что ли?
— Новости плохие.
— Что такое? Я же оплатил отдельную палату, я вам отвалил кучу денег, блять!
Не выдерживаю.. Меня трясет. Понимаю, что веду себя отвратительно, но не могу совладать с собой.
— я не господь бог, Герман Викторович. А Маргарита. Не так уж она хотела ребенка. Вы уверены, что он ваш? - с сомнением в голосе спрашивает он.
— Хм. Кстати, нет. Я пользовался презервативами. Был один раз, когда... - чешу репу я.
— Я подслушал ее разговор с медсестрой. Знаете, что спровоцировало выкидыш?
— Так у нее случился выкидыш? Господи... Когда?
— Ночью. Маргарита выпивала с подругами в клубе и танцевала до рассвета. А накануне она была в сауне. Тепловые процедуры, алкоголь и стойкое нежелание становиьтся матерью, сделали свое дело.
Ребенка больше нет.
Я замираю. Хлопаю глазами, не в силах пошевелиться. Что же я сделал? Поверил лжи?
Оттолкнул Соньку ради этой... Мне ведь только ребенок был нужен. И все. Рита эта даром не сдалась.
— Где она?
— Хотела уйти, но я не отпустил. Она даже сбежать пыталась, чтобы не попадаться вам на глаза. Я
ее выпишу через несколько дней.
Мне уже все равно. Пусть Марго скажет мне правду... За что она со мной так?
Врываюсь в палату.
Рита тотчас начинает рыдать. Всхлипывает, закрывая лицо ладонями, и хрипло выдыхает:
— Я не сохранила нашего малыша. Прости меня... Я его очень хотела, Герочка.
— Прекрати истерить, — отвечаю спокойно, присаживаясь на край ее больничной койки.
— А теперь скажи мне правду. От кого ты залетела?
— От тебя. Ты с ума сошел, Каверин? — визгливо протягивает она, широко распахивая глаза.
— Врач сделал анализ погибшего плода, - на ходу выдумываю я.
