Сначала душ с дороги, потом чашка кофе на берегу океана, а там вода, песок и солнце, как будто не существует в природе никакого Елагина.
Она выбрала самый красивый купальник из четырех купленных в «Донне», сложила пляжную сумку и вышла из бунгало. Вспомнила и от всего сердца мысленно поблагодарила Ирину, которая настойчиво совала ей доллары.
«Мелочь нужна, детка, пока твой муж дайвинговать будет, чтобы хватило на кофе или на массаж, не будешь же ты бегать за ним за каждой десяткой!»
Деньги у Ирины Саломия брать отказалась, но о карманных деньгах позаботилась, и теперь направлялась к открытому бару, что виднелся неподалеку под пальмами.
Последний раз она была на морском отдыхе в одиннадцать лет, Джованни повез их с мамой в Турцию, и это был самый незабываемый отдых. Саломия сглотнула подкативший к горлу ком. Если бы они были живы, если бы они были рядом, она ни за что бы не вляпалась в этот договорной брак.
«Помогите мне! Мне вас так не хватает…»
Запрокинула голову, не давая пролиться слезам, а небо продолжало синеть, раскинувшись, сливалось с океанской гладью, очень тонко размывая линию горизонта.
«Пожалуйста…»"
"— Chiedo scusa, posso sapere come si chiama questa ragazza cos`i bella?* — раздался за спиной приятный мужской голос.
Саломия вздрогнула и обернулась. Перед ней стоял темноволосый парень с короткой стрижкой и темными, почти черными глазами. Парень был в джинсовых шортах и майке, что никак не скрывало хорошо сложенную, мускулистую фигуру.
Он широко улыбался белоснежной улыбкой, и Саломия не смогла не улыбнуться.
— Salomia.*
Молодой человек улыбнулся еще шире, и его глаза заблестели от восторга.
— Mia? Davvero? `E il destino! Dove stai andando, Mia?* — родной итальянский звучал для нее, как музыка.
— Voglio prendere un caff`e.*
Тут в кармане его шорт завибрировал телефон, молодой итальянец что-то коротко ответил, а потом снова обратился к Саломии.
— Scusa Mia, ho una chiamata urgente, ma ti prego aspettami al bar. Torno subito,* — он торопливо сунул телефон обратно и с мольбой уставился на Саломию. Она в растерянности кивнула.
Молодой человек вновь расплылся в счастливой улыбке. Уже уходя, он крикнул напоследок:
— Mi chiamo Giovanni!* — и все оборачивался, пока не потерял ее из виду, а Саломия лишь ошалело смотрела вслед.
