А дальше выкручусь, пусть будет сложнее. Потому что я чётко поняла, как больше жить не хочу. Так, как жила до встречи с Медведем.
— Как ты тут, Алис? — спрашивает Руслан, оказавшись рядом. — Не скучаешь?
— Нет. Мне весело.
— Хочешь, я принесу тебе выпить? Шампанское или покрепче?
— Позже, Рус. Мне и без алкоголя пока хорошо.
Он не удерживается от того, чтобы обнять меня со спины и поцеловать в висок. Оказывается, когда Руслан делает так наедине, то мне гораздо комфортнее, чем на глазах у огромного количества взрослых и детей.
Чересчур интимно.
От разговора отвлекает звонок мобильного телефона. Я прошу прощения, выхожу на задний двор и снимаю трубку. Погода тёплая как для октября — можно не надевать куртку.
Мама засыпает меня вопросами о том, как я провожу время. Вставить ответ удается спустя минуту после начала разговора.
— Не волнуйся. Мы расслабляемся, отдыхаем. Полчаса назад играли в волейбол. Наша команда победила.
Из-за густых серых туч тогда выглянуло яркое солнце, и часть гостей переместилась на улицу.
Мы нашли мяч, натянули сетку. Собрали две команды. Руслан и Миша были моими соперниками. За мою же команду играли три парня и две девушки, с которыми мы быстро нашли контакт и замечательно поладили.
— Миша тоже присутствует на празднике? — вкрадчиво спрашивает мама.
— Да, он здесь.
— Катя звонила, интересовалась, как проходит вечеринка. Всё хорошо?
Я понимаю, к чему она клонит, но также чётко осознаю, что ехала сюда не для того, чтобы шпионить за Медведем. Он взрослый мужчина, который знает, что делает.
И даже если Басаргин станет вести себя неподобающе как для будущего мужа моей сестры — я не смогу в этом признаться. Ни Кате, ни, тем более, маме.
— Пусть она сама у него спросит, — отвечаю спокойно. — Мы почти не пересекаемся.
Закончив разговор, я вешаю трубку и раздраженно вздыхаю. Судя по выражению лица, Медведь был удивлен моему присутствию на этом празднике. Значит, присматривать за мной и Русланом не входило в его планы. Вот и прекрасно.
На улицу выбегает Вера с мячом в руках.
В ярко-жёлтой куртке, которая делает её похожей на маленького очаровательного цыплёнка. Я никогда не мечтала о семье и детях. Возможно, раньше. В детском возрасте. Но после приема у гинеколога, который сказал мне, что забеременеть с моим диагнозом будет почти нереально, — я навсегда решила, что даже пытаться не стану. У меня теперь другие жизненные цели.
Удивительно только то, что, глядя на семью Веры, в груди почему-то разливается приятное тепло.
