Думаю, этого достаточно, чтобы со спокойной душой отправиться с тобой в новую жизнь.
Она отстраняется, убирает волосы назад. Глаза невозмутимые, но в них до сих пор читается беспокойство. На губах застыла улыбка. Иногда мне кажется, что она через силу себя заставляет.
Взгляд цепляется за синяки на тонкой изящной шее. Тут же передёргивает. По роду деятельности мне приходится работать в сфере преступлений и разного рода трагедий. С годами, как и у всех следователей, судей и прокуроров, в организме автоматом произошло профессиональное привыкание.
Думаешь, что чёрствость и невозмутимость будут с тобой всегда, но, оказывается, с близкими людьми это не действует.
Кровь нагревается, вскипает. Самое болезненное, что мне доводилось видеть — это смерть сестры и избитую беременную Алису. Достаточно представить, что ей пришлось пережить, как с новой силой атакует агрессия.
Вспоминаю заплаканное и испуганное лицо Лисы в больничной палате и по коже такая дрожь проходит, что снова хочется убивать.
Как будто тех долгих часов наказания для Николая Тихонова мне было мало.
Мы нашли его на следующий день. В соседнем городе, в старом мотеле, куда в основном привозят снятых на час шлюх. Мерзкое лицо Николая довольно быстро превратилось в кровавое месиво. Он хрипел и молил о пощаде. Останавливаться не хотелось хотя бы потому, что Алиса его тоже просила. Ей было больно и безумно страшно.
Сука-а. Наверное, в тот момент я отлично понял преступников, которые совершают убийства в состоянии аффекта.
Если бы не Жаров, я сделал бы то же самое.
Забрав сумку Алисы, я разворачиваюсь и иду на выход. Она шагает следом, снова и снова прощается со всеми санитарками и врачами. В ней столько тепла и терпимости к людям, что я каждый раз удивляюсь.
В один из дней она схватила меня за руки и стала умолять смиловаться над Тихоновым. Уверяла, что жизнь его и без меня накажет.
Я в ней глубоко ошибся. С самого начала. Искренняя, беззлобная девочка. Часто ловлю себя на мысли, что она учит меня гораздо большему, чем я её.
— Ложись сзади, — прошу Лису, открывая дверь автомобиля. – Дорога дальняя, а тебе нужно постараться больше отдыхать.
Она не спорит, удобно располагается. Я заранее купил плед и подушку.
Сев за руль, включаю фоном музыку и бросаю взгляд в зеркало заднего вида. Рассматриваю худощавую фигуру, тонкие руки и яркие рыжие пряди. Взгляд отвести не могу. Кажется, если это сделаю, то она пропадёт или растворится.
