Думаешь мне было вот так просто взять и отрезать чувства? Запереть их на замок?
— У меня же когда-то получилось с первым мужем. Взяла и отрезала. От несчастной любви ещё никто не умирал, Алиса.
— Может повторишь эти же слова, но уже Кате?
Мама вспыхивает от гнева. Я вижу, как подрагивают её руки. Нам всем непросто, но иногда так сильно хочется получить свою порцию материнского тепла, даже если не совсем права. Даже если ошиблась, споткнулась и упала. Хотя теперь отношения с Мишей сложно назвать этими словами, потому что я больше не жалею ни об одной совместно проведённой секунде.
И мне впервые хочется защищать своё и бороться.
— Я всю жизнь старалась для вас, Алиса, — произносит мама с отчаянием в голосе. — В итоге получила тонну осуждения.
— Это потому, что взрослые считают, что априори умнее детей и лучше знают, что им нужно. У меня недостаточно опыта, мам, но это не означает, что я не могу принимать какие-то решения. Мой выбор может казаться тебе не совсем верным, но он осознанный.
Твои ощущения – увы, не идеал. Это лишь твой жизненный опыт, а у меня он всё равно будет другим. Прости.
— Тоже ненавидишь меня? Считаешь плохой матерью? – грустно усмехается родительница.
— Что? Нет, Боже! Я так не считаю. И Катя тоже, честное слово. Уверена, она уже жалеет о словах, сказанных тебе в пылу ссоры.
Сейчас у меня не поворачивается язык высказаться о наболевшем. После слов сестры я на многие вещи взглянула под другим углом. До этого дня искреннее казалось, что обделяли именно меня.
Мало обнимали, целовали и поддерживали. В отместку я старалась как можно яростнее привлечь внимание мамы плохими поступками. Доставляла море неприятностей! Не хватит и дня, чтобы перечислить, сколько раз ей приходилось краснеть. Теперь же я понимаю, что она любила меня. Наверное, так как умела и чувствовала. И я не вправе оценивать её поступки.
— Катя доехала на встречу, — выдыхает мама, пряча телефон в сумку. — Всё нормально.
— Ладно, — киваю в ответ.
— Быть может, однажды, не сейчас… У вас получится общаться. Я бы очень этого хотела, хотя понятия не имею, как и при каких обстоятельствах.
Я жму плечами, провожаю маму до двери. Всё слишком сложно. Время покажет.
Оставшись в одиночестве, я разбираю дорожную сумку, после чего звоню Медведю. Хочу снова найти в его словах утешение. Удивительная вещь, когда он рядом — я искреннее чувствую, что не совершаю никакого преступления по отношению к другим.
