– А-а… – протянул, зевая, Игорь, не прокомментировав это никак.
Утром он уехал не позавтракав. Настя целый день провалялась на диване. Ей казалось, что жизнь ей опять показывает кукиш. Игорь не появился в положенную пятницу, сказав, что у него бронхит, и старательно кашляя в трубку. А в субботу она с ним столкнулась в подъезде. В руках у него был большой букет белых лилий.
– Ты поправился? – удивилась она.
– Да, в общем. Почти, – смутился он.
В этот момент подошел лифт. Настя зашла в лифт и посмотрела на Игоря.
Он почему-то стоял как столб, как бы раздумывая, стоит ли ему туда и вовсе заходить. Потом вздохнул и все же вошел. Настя нажала на кнопку, а Игорь тихо и внятно сказал:
– Мне на пятый, Настя.
Те доли минуты, пока они ехали в лифте, показались Насте часами. Дверь лифта открылась, и Игорь вышел.
– Как это может быть? – одними губами спросила Настя.
Минуту Игорь молчал и смотрел в пол, а потом произнес:
– Сам не знал, что вот так может быть. Просто землетрясение какое-то. Прости, если сможешь.
– Не прощу, – ответила Настя.
– Ну как знаешь, в общем, не блины с тапками главное.
– А что? – еле слышно спросила Настя.
– Дай Бог тебе самой это узнать, тогда ты меня поймешь. Объяснить невозможно.
Настя нажала на кнопку шестого этажа. Дома она не плакала, а просто сидела в кресле – два, три часа. Времени она не замечала. А потом встала и сказала громко:
– Ну, этого я так не оставлю.
Она собрала вещи Игоря – голубой махровый халат, синие клетчатые тапки, зубную щетку, пену для бритья «Жиллетт», пару носков и рубашки – все, что осталось от него.
Положила все это в пакет и взяла зажигалку. Спустилась на пятый этаж. У обшарпанной Лолкиной двери она вывалила все вещи из пакета, щелкнула зажигалкой, посмотрела, как разгорается огонь, и медленно поднялась к себе.
Соседи вызвали пожарников и милицию. Деревянная Лолкина дверь выгорела почти дотла. Милиция хотела составить акт, но Игорь с Лолкой убеждали их, что к поджигателю они не имеют никаких претензий."
"Настя взяла больничный и неделю лежала дома.
Не ела, не пила. Потом приехала мать и увезла ее к себе. Мать убеждала Настю, что ничего страшного не произошло, жаль, конечно, потраченного времени, но жизненный опыт неоценим. Да и вообще этот козел не стоит ни одной Настиной слезинки. И сказала, что она, Настя, не там ищет и что теперь спутника жизни мать подберет ей сама. На примете уже имелся коллега ее мужа, тоже депутат. Правда, слегка женатый, но это дело поправимое.
