Мне кажется, после такого я больше не смогу доверять ни одному человеку.
Динар ведь мог признаться во всём, но столько времени молчал и ничего не говорил. Спал со мной, а женат был на другой. Вспоминаю, как жалела чувства Катины, что она влюблена в Динара, но не может к нему прикоснуться, и громко смеюсь. Смех похож на истерический. Себя мне в тот момент нужно было пожалеть. Она к мужу прилетала, а я всё это время была его любовницей.
На работу в салон я больше не выхожу. Из квартиры съезжаю и переезжаю в Гатчину.
Я не была там с того времени, как случилось нападение на Макса. Но сейчас идти мне некуда. Полететь с Максимом и его семьёй я не могу. Не хочу никому мешать. И эту идею отметаю сразу."
"Так проходит ещё неделя. Я изредка выхожу из дома лишь для того, чтобы купить продукты или выкинуть мусор. Динар никак не даёт о себе знать. Но я не жалею, что ушла от него, мне сложно такое принять.
Через две недели я вспоминаю о предложении Ильи полететь с ним на юг. Но прежде чем решаюсь набрать его номер, проходит ещё несколько дней.
Меня совсем не заботит, что он подумает. Мне на это наплевать. Я лишь понимаю, что больше не могу оставаться в этом городе, где всё напоминает об Асадове.
– Наташа? – удивляется Илья, когда я всё же решаюсь набрать его номер. – Не ожидал…
– Ты что-то говорил о переезде и новом филиале на юге, который возглавляешь? Твое предложение ещё в силе? Я могла бы работать переводчиком, твоим помощником, да кем угодно, но только не в этом городе.
Илья некоторое время молчит, и я уже собираюсь положить трубку, полагая, что услышу отрицательный ответ, когда он говорит:
– В силе.
Ты сейчас где находишься? Мне нужны твои документы, чтобы уточнить кое-какие детали.
Я диктую ему адрес и выключаю телефон. Почти месяц прошёл, а Динар молчит. Ни разу не попытался со мной поговорить за это время. В отличие от Карины. Она часто звонит и иногда пишет сообщения, в которых просит меня ответить. Но разве она не понимает, что этот разговор причинит мне новую боль?
В день отлёта я сильно нервничаю.
Организм после всех переживаний и волнений даёт сбой. Меня всё утро выворачивает наизнанку в туалете, а потом я ещё полчаса хожу по дому с трясущимися руками и жду машину от Ильи. В какой-то момент нервы сдают и руки сами тянутся к телефону. Я набираю номер Динара. Не знаю, зачем это делаю, наверное, убедиться, что не совершаю ошибку, услышать, что он ждал моего звонка, что не может без меня и разведётся с Катиной.
