Внутри кипит. Кровь и мозги немного.
Тряхнув головой, избавлюсь от воды в ушах и смотрю на Владу, которая говорит:
— Не будь занудой. Я с тобой флиртую. Надо, чтобы открытым текстом сказала? Хочу тебя, Палачёв. Пошли наверх. Так лучше?
Перехватываю ее запястья до того, как ладони улягутся мне на живот."
"У меня сейчас встанет даже от сквозняка, я с утра как недотраханный, и спонсор моей ломки где-то здесь, поблизости — пугливая и застенчивая малолетка, с которой так рвусь разделить победу, что с трудом на месте стою.
Сердце ломает ребра, я его в ушах слышу.
Влада выгибает брови. Смотрит на меня с претензией.
— Я пас, — говорю. — Другие планы.
В основном она от меня получает все, что просит, исключений бывало мало, но сегодня, видимо, все на хер меняется безвозвратно…
— Какие планы? — злится. — Я, знаешь ли, немного соскучилась. Как отдохнул?
— Отлично. Много солнца и очень мало активности.
— Я не собираюсь из тебя по слову вытягивать.
— Так не вытягивай.
— Что, настроение плохое? — шипит.
— У тебя характер просто отвратительный. Я хуже не встречала. Никогда и ни у кого.
— Ты уже говорила.
— Что это за девочка с тобой? — машет головой в сторону дома. — Сестра чья-то?
Я не спешу с ответом, и ее лицо меняется.
На нем удивление и замешательство, потом все то же самое, но помноженное на два.
Выпускаю ее руки.
И так понятно, что на своем теле я их не хочу. У меня в башке вообще не о том сейчас. Все мимо. Это впервые, кажется. Впервые с тех пор, как мы с Владой знакомы.
Мы встретились на первом курсе университета.
Я тогда зеленый был, аффективный местами: сначала творил — потом думал, делал — потом разгребал. Я на Владу запал с первого взгляда, у меня просто крышу снесло. Она это поняла и крутила мной, как щенком подзаборным, но близко не подпускала. Может, потому что не понимала, как мной управлять. Я и сам не знал. Вероятно, такого способа не было и нет, а для нее мужика под каблуком держать — фундаментально важно.
Если я любил по краю ходить, то и она тоже, но того, что она начала с моим другом встречаться, я не оценил.
Это было… остро. Больно даже.
Я был сильно влюблен, достаточно для того, чтобы кулаками стену бить.
Они аж целых два года встречались, потом разбежались. К тому времени я как-то подсобрал мозгов, они у меня окрепли солидно, даже батя радовался, но любые попытки начать что-то более серьезное, чем просто секс, у нас с Владой уже три года заканчиваются ничем.
— Чья-то сестра, стопроцентно, — отвечаю.
