— Хочешь спать со своими секретаршами? Пожалуйста! Хочешь, чтобы я родила? Сделаем ЭКО, не проблема. Все, что хочешь, Стас. Только сохраним мою маленькую тайну. Ты же понимаешь, ошибки молодости…
Мастерски перевоплощается в нежную, наивную девочку, роль которой она исполняла в первые годы нашего брака. Мило хлопает ресничками, округляет голубые озера глаз, призывно облизывает губы. И медленно скользит ладонями вверх по моим ногам.
— Ты серьезно сейчас? — рявкаю грозно.
Сбрасываю ее руки и рывком встаю с кресла.
Убить готов лицемерку одним лишь взглядом.
— Ладно, разведемся, — быстро соглашается Милана. — Но не говори моему отцу обо всем этом, — кивает головой на вопиющие доказательства.
— Поздно, дорогая, — ядовито цежу. — Мой папа сейчас как раз обсуждает все случившееся с Антоном Игнатьевичем. Как ни крути, но перед родителями тебе все-таки придется отвечать.
— Что-о? — переходит на визг. — Ненавижу! Ты все испортил!
Милана кричит, бьет меня кулачками в грудь, норовит поцарапать лицо.
Неадекватная женщина.
Беру ее за плечи, сильно сжимаю и отстраняю от себя. Но она продолжает брыкаться и, честно говоря, вводит меня в ступор нестабильным поведением.
— Алекс! — зовет подмогу.
Громко, истошно. Повторяет имя брата, пока я с трудом сдерживаю сумасшедшую.
— Стас, ты охренел? — не заставляет себя долго ждать Врагов-младший.
Как же меня достала эта семейка!
Вдобавок Анжелика Артемовна, появившись на пороге, охает: «Я вызову Антошу» — и скрывается в коридоре.
Скорую лучше бы вызвала.
Или сразу катафалк. Потому что я готов убивать! И еще санитаров — уже для меня лично, ибо весь этот дурдом вынести невозможно.
Отталкиваю от себя Милану, а потом хватаю с постели бумаги и небрежно кидаю их Алексу. Ожидаю реакции. Если он знал обо всем и помогал сестре, то… Урою обоих!
— Не смотри, это все ложь! — Милана пытается вырвать документы, но Алекс держит крепко и делает пару шагов назад.
Изучает заключение об аборте, согласие Миланы на стерилизацию, тесты, анализы.
И бледнеет."
"— Никита знал? — поднимает на сестру разочарованный взгляд. — О том, что ты была беременна от него?
— Какой еще… — хмурюсь я, но тут же отмахиваюсь. — Нет, не хочу об этом слышать!
— Друг мой, — не затыкается Врагов-младший. — Парень Миланы, не подходящий ей по статусу и финансовому положению. Первая большая любовь, которую «пришлось оставить по принуждению отца и будущего мужа». Ведь так ты мне говорила, сестренка? — приподнимает бровь.
