Одна ночь против целой пропасти, наполненной нормами морали и предрассудками. Двое ни в чем не повинных детей против недоверия и ненависти.
— Хватит, — произносит Стас ровно, но в его тоне проскальзывают нотки сомнения. — Я — ваш босс, Алиса Игоревна. Соблюдайте субординацию, — переходит на строгий тон. — И не забывайте, что я женат.
В подтверждение своих слов он неосознанно прокручивает кольцо на безымянном пальце, словно напоминает о браке. Не мне, нет. После всего, что между нами было… Напоминает самому себе, чтобы не сорваться.
Опять.
Потом резко разворачивается и покидает кабинет. Истинный босс, он никогда не хлопает дверью. Всегда уравновешен и холоден. Но сейчас не выдерживает и закрывает за собой чуть громче, чем обычно. Или я выдумываю? А на самом деле Стас так и остался бизнес-машиной, без эмоций и человечности?
Мне бы хоть каплю его стальной закалки, чтобы спокойно собраться с мыслями и решить, что делать дальше. Вместо этого я оседаю прямо на пол и содрогаюсь в рыданиях, прикрыв лицо ладонями.
Мне все равно, если войдет кто-то из коллег и увидит меня. Плевать на все и всех. Потому что только что я потеряла самое главное. Свою последнюю надежду.
Противный сигнал мобильного добивает меня. Не взглянув на дисплей, я по мелодии узнаю, что звонок от Глеба.
«Если понадобится помощь, я всегда готов вас принять. Просто помни это», — звучат в голове его слова, сказанные в момент нашей последней встречи. В холле компании жестокого Загорского.
Глава 21
На следующее утро
Алиса
Наверное, безжалостность и черствость заложены в мужской природе.
На уровне генетики. Во всех представителях сильного пола, без исключения.
Как иначе объяснить, что именно мужчины приносят мне столько боли!
Сложив руки на груди, внимательно осматриваю собранные сумки и чемоданы. Кажется, ничего не забыла.
— Уверена? — подходит со спины Лиля и шумно зевает."
"На часах — шесть утра. Сегодня я не ложилась спать и не собираюсь. Все равно уснуть не смогу: слишком тревожно и плохо. К тому же, прямо сейчас я возвращаюсь к тому, с чего начинала.
— Разве выбор есть? — хмыкаю я. — Мне больше некуда переезжать. А там условия вполне подходящие, дом большой, отдельная комната для кнопок. И никто не посмеет влезть к нам и устроить шоу с бутылками, — выдаю с горечью.
Разговор с подругой прерывает звонок мобильного. Очередной. Настойчивый. Отвечаю незамедлительно. Надоело прятаться.
— Разбудил, Алисонька? — звучит так сладко, что хочется разбить мобильный об стену.
