– А от кого письмо, Ходжкин не сказал? – спросил Стивен, подтягивая обшлага рукавов рубашки и поправляя сапфировые запонки.
– Его переслал вам хозяин поместья, которое арендовал покойный лорд Берлтон. Оно было отправлено барону на адрес этого поместья.
Стивен кивнул, не проявив особого интереса. В свое время он оплатил соответствующие счета за это поместье и попросил лендлорда пересылать ему всю почту, поступающую на имя Берлтона. До сих пор это были счета, которые Берлтон не успел оплатить, и Стивен, невольный виновник гибели барона, счел своим долгом сделать это за него.
– Передай письмо секретарю, – сказал Стивен. Он торопился, поскольку обещал брату перекинуться с ним в фараона[10] в Стрэтморе и уже опаздывал. Поиграет часок-другой в картишки, делая высокие ставки, затем отправится в Альмак и при первой же возможности увезет Шерри с «Ярмарки невест» на бал к Резерфордам, что для них обоих будет значительно приятнее. А Дю Вилль пусть остается с Чарити Торнтон. Эта мысль очень развеселила Стивена.
– Я уже советовал мистеру Ходжкину передать письмо секретарю, милорд, – ответил Дэмсон, стряхивая с фрака невидимые пылинки, – но он сказал, что необходимо вручить его вам, поскольку письмо из Америки и там может оказаться интересующая вас информация.
Полагая, что скорее всего это очередной счет за покупку, сделанную Берлтоном в Америке, Стивен взял конверт и, распечатывая его, стал спускаться с лестницы.
– Макриди ждет у кареты, – сообщил Кольфакс и протянул Стивену его перчатки, но Стивен уже ничего не видел и не слышал, поглощенный чтением письма, адресованного Берлтону поверенным отца Чариз Ланкастер.
Кольфакс заметил, как помрачнел господин, и заволновался: как бы его милость не изменил из-за этого письма свои планы на вечер.
– Осмелюсь сказать, что ни разу не видел мисс Ланкастер такой красивой, как сегодня, когда она отправлялась на бал в Альмак. А с каким нетерпением она ждала своего дебюта! – Этими последними словами, произнесенными с особым выражением, Кольфакс хотел напомнить графу, что его присутствие на балу в Альмаке было жизненно важным для Шерри, которую Кольфакс очень любил.
Медленно складывая письмо, Стивен смотрел мимо дворецкого; мысли его витали где-то далеко, и видно было, что ему сейчас не до Альмака. Ни слова не сказав, Стивен размашисто зашагал к карете."
"– Боюсь, новости не из приятных, – обратился Кольфакс к Ходжкину, помощнику дворецкого, беспокойно шагавшему из угла в угол по холлу.
