Но чувства Олибриаса быстро угасли, к тому же оказалось, что у него нет ни сил, ни желания защищать бывшую возлюбленную и свою дочь.
Шейран кивнул.
— Про мое детство рассказывать особо нечего. Вскоре после рождения я, по сути, оказалась заперта вместе с матерью в замке. Не скажу, что жили плохо. Мы ни в чем не нуждались, у меня были учителя и книги. Гости нас тоже посещали нередко. Впрочем, бывали в замке только два человека: мой дедушка, он же посол Мерниана, и мой дядюшка, он же герцог Тиарис. Да однажды, где-то за полгода до своей смерти, приехал старый император.
— Ты знаешь, зачем он приезжал?
— Сказал, что хочет познакомиться с внучкой. — Я сделала небольшой глоток из бокала и вновь устроилась на кровати в ногах Шейрана. — С раннего детства я ненавидела деда за то, как он поступил с мамой. Он мне казался сказочным злодеем. Чудовищем. Но оказалось, что это старый, безгранично несчастный и уставший человек.
— Император долго гостил в замке?
— Около недели. Каждый день дед по несколько часов беседовал со мной.
Поначалу я злилась, мне казалось, что он проверяет мои знания. Но в итоге, когда он собрался уезжать, чуть не расплакалась. — Я грустно улыбнулась. — Перед отъездом дед подарил мне книгу, в которой описывались жизнь и деяния правителей Империи.
— Тиарис сказал, что император хотел именно тебя сделать наследницей престола.
— Вот как? Это многое объясняет… и ничего не меняет.
Я ждала, что Шейран опять начнет убеждать меня, что взойти на трон — мой долг и обязанность.
Но он промолчал, и я тихонько облегченно вздохнула.
— В общем, когда пришла весть о гибели старого императора, мама решила бежать в Мерниан. Вместе с нами отправились в путь три десятка человек. Воинов было немного, большую часть отряда составляли слуги и учителя. Люди понимали, что теперь их сытая и спокойная жизнь подошла к концу.
— Мернианцы среди них были?
— Да, несколько. Четверо мужчин и дочь секретаря моей матери. С Миланой мы вместе росли и учились.
Но если я была весьма шустрым и проказливым ребенком, то она — слабым и болезненным, достаточно легкого сквозняка, чтобы Милана свалилась от простуды…
— Девочка была твоей ровесницей?"
"— Да… Перед тем как отправиться в путь, Милану одели в расшитое золотом платье и укутали в меха. Меня же подстригли под мальчишку и дали соответствующую одежду. Вскоре Милана тяжело заболела… Когда мы были в дне пути от границы с Мернианом, то повстречали торговцев.
