– Ясно. И тут же появился доктор, – кивнул Павел.
– Дня через два.
– Стариков не мог не знать об этом..
– Конечно. Но я его больше не видела. Вернее, видела из окна, но мы не общались.
– Ты устала?
– Если честно, то да.
– Тогда закончим?
– Нет, потому что самое главное я услышала вчера. Боровской с горничной стояли под моим окном. Они, наверное, думали, что оно закрыто или я сплю, но я не спала. Так вот, Боровской сказал, что в ночь, то есть сегодня, ближе к утру, гость привезет груз для основной работы.
– Сегодня?
– Получается, в ночь на завтра.
– А что за груз?
– Об этом они не говорили. Они говорили о другом.
– О чем?
– Маргарита спросила, что делать со мной, и Боровской приказал продолжать следить за мной, мол, осталось недолго. Когда все закончится, ни я, ни мой отец, ни помощник будут больше не нужны. Представляешь, что я пережила? Под окном обсуждали мое убийство.
– Что ответил Боровской? – спросил Кулагин."
"– Что ответил? Он сказал, в этом нет проблемы, отец с помощником повезут меня в клинику, которую он, Боровской, якобы подготовил, а оттуда отправят за рубеж.
Это версия для отца. На самом деле по дороге произойдет автокатастрофа, и все погибнут. Это уже подготовлено. Маргарита осталась довольна, быстрее бы, мол, нет сил смотреть на их самодовольные рожи. Боровской же добавил, что, как только Руслан с братом провернут дело, они получат хорошие деньги и смогут уехать из страны. Теперь все.
– Я понял, Елена. И не беспокойся, я не допущу, чтобы с твоей головы упал хоть один волос.
– Правда? – с надеждой посмотрела на него девушка.
– Правда. – Он достал из рюкзака упаковки и положил одну на кровать: – Это препарат, нейтрализующий средства, которые вводил тебе так называемый врач. Совсем скоро ты почувствуешь себя здоровой. Очень хорошо, что ты догадалась не принимать таблетки. Препарат пить один раз в день, за тридцать минут до еды, независимо от времени, но лучше утром. Так, вот это, – достал он вторую упаковку и извлек из нее миниатюрный микрофон и наушник, – средство связи между нами.
– Это? – удивилась Лена.
– Да, иголку надо закрепить там, где никто не найдет, а вот этот шарик посадить в ушную раковину, чтобы тоже не было видно. Чип – это высокочувствительный микрофон, а шарик – динамик.
Елена с еще большим удивлением посмотрела на Кулагина:
– Откуда у тебя такая аппаратура, Паша?
– Конечно, у разнорабочего такой аппаратуры быть не может, – усмехнулся он, – но я не всегда был разнорабочим.
