– И из-за этого ты хмуришься? Тебе же лучше, – воскликнул Боровской.
– Ну да, сегодня короткий день, а в выходные запрягут как осла.
– Ты чем недоволен, Алексей Викторович? Понятно, когда Кулагин выражает недовольство, но ты-то?
– Да я в порядке. Просто в последнее время нервишки пошаливают.
– Ну, тогда поезжай домой и нажрись вусмерть. Или жена запрещает?
– Слушай, Михаил Григорьевич, не лезь в мои дела, а? – зло взглянул на Боровского Цуканов.
– Да ради бога! – развел тот руками.
Управляющий повернулся к садовнику:
– Вам работать в розарии, там Алла Борисовна увидела пару поникших цветов.
В общем, в одиннадцать конец рабочего дня. Кулагин может поехать домой.
– Не может, а должен поехать, – сказал Боровской, доставая из кармана сложенный вдвое конверт. – Завезешь на главпочтамт и отправишь заказным письмом. Квитанцию мне. Сделать это надо до пятнадцати ноль-ноль. Возвращаться сюда смысла нет. Советую заглянуть в автосалон. Сейчас переизбыток машин, и продавцы хорошие скидки предлагают.
Это я к тому, если хочешь сменить авто. Квитанцию передашь мне в понедельник. Суббота и воскресенье – выходные. Да и ты, – перевел он взгляд на садовника, – ступай в деревню. Сегодня можешь от души выпить, баньку растопить.
– Благодарю, – кивнул Прохоров, – сначала надо посмотреть, что с розами, а то, глядишь, придется и выходные работать.
– Не придется. Суббота и воскресенье – выходной, кроме охраны и, естественно, хозяев, здесь делать нечего. В конце концов, Владимиру Сергеевичу и Алле Борисовне тоже надо отдохнуть в собственной усадьбе без посторонних глаз.
– Понятно, – проговорил Прохоров и повернулся к Кулагину: – Пойдем, что ли, Паша?
– А лопаты, метла?
– Не донесешь? Ослаб?
– Пошли.
Они прошли к розарию. Цветы стояли как солдатики, ровными рядами на высоких ножках, без намека на какие-либо повреждения.
– И где Алла увидела увядшие цветы?
– По-моему, Алексеич, нас отправили сюда, чтобы мы просто не мозолили глаза.
Могли бы сразу объявить отгул.
– Посмотрим внимательнее. Все одно до одиннадцати здесь торчать по-любому.
В 11 часов они закончили «работу», и Прохоров предложил Кулагину:
– А пойдем, Паша, ко мне? Чего тебе в городе делать? Письмо отправишь в воскресенье, главпочтамт работает без выходных. А у меня действительно растопим баньку, попаримся, я схожу к соседке за самогоном. Кстати, отличный самогон на орехах и дубовой коре. Возьму первача литруху.
