"
"Значит, современный период Старикова как на ладони и, как стекло бутылки, прозрачен, с небольшим затемнением, не порочащим общий фон. Но вот как он из юриста, каких в городе тысячи, вошел во властные структуры и быстро сделал карьеру, неясно. Получал зарплату, жил в «двушке», как все, в середине девяностых родилась дочь. Обычная семья с весьма скромными доходами. И тут такой внезапный рывок вверх. Для этого необходимы либо очень большие связи, которых, судя по рассказу Прохорова, будущий депутат не имел, либо очень большие деньги, которых у Старикова тоже не было.
Но появились. Или покровители, или деньги, или и то и другое. Но покровительство и «бабки» надо отрабатывать. Старикова посадили во власть, это ясно. Но не только же для того, чтобы он отработал вложенный в него ресурс? Он должен был дать прибыль. И прибыль солидную. Видимо, Стариков оправдал надежды тех, кто на него поставил. Хотя… почему покровители? А госпожа Витлер? У нее были деньги. Вернее, у папы-ювелира, а тот мог иметь виды на перспективного потенциального муженька своей засидевшейся в девках либо ведшей слишком свободный и разгульный образ жизни дочери.
Это ближе к истине. И… достаточно. Истину, если он и узнает, то не путем умозаключений. Хотя, возможно, его заключения совпадают с истиной. Теперь о дочери Старикова, той самой девушке, что, по сути, заключена в камеру третьего этажа особняка. В истории, рассказанной садовником, тоже ничего особенного нет. Могла Елена подсесть на иглу? Легко. Тем более имея свободу и деньги.
Рано или поздно это стало бы известно Старикову. И его поведение тоже объяснимо, закрыть дочь, чтобы лишить наркоты, нанять врача. Одно не стыкуется. По словам Прохорова, девушка изолирована уже год. Год с ней работает врач, зависимость за этот период должна ослабеть настолько, что девушка вполне могла дальше обходиться без наркоты. Но госпожа Старикова-Витлер настаивает на отправке Елены в дурдом, а сам депутат планирует поместить приемную дочь в заграничную клинику. Зачем? Или за этот год в ее психике произошли изменения не в сторону улучшения? Помутился рассудок? Он, Кулагин, не нарколог, может, это и возможно.
Но что-то подсказывает, дело в другом. В чем? Это-то и надо выяснить. С другой стороны, а зачем ему это нужно? На этот вопрос он ответить не мог. Следует попытаться вступить с девушкой в контакт. Как? Подумаем, придумаем. Павел вновь взглянул на окно и увидел в нем бледное лицо. Она смотрела на него. Он поднял руку, она тоже подняла свою.
