Маша, ни разу за все время не дотронувшаяся до девочки, откуда-то знавшая, что не нужно этого делать, сейчас, не раздумывая, кинулась к ней и крепко обняла. Ксения приникла к ней, обхватила двумя руками.
– Что случилось? Что-то с бабушкой?
«Господи, только не проклятая старуха!»
– Цыга-а-ан умираа-ает! – прорыдала Ксения.
– Где он?
– Возле церкви!"
"После завтрака Ксения вышла на прогулку, удивилась, когда Цыган, всегда встречавший ее, не попался ей на глаза, и свернула к руинам. Пса она нашла лежащим без сил на ступенях.
Из ее отрывочных восклицаний Маша поняла, что тот очень плох.
– Даже голову!.. Даже голову не смог! – рыдала девочка.
– Жди меня здесь, я сейчас.
Маша забежала в дом, схватила ключи от машины, сунула телефон в карман куртки.
– Забирайся на заднее сиденье.
Ксения, не задавая вопросов, нырнула в «БМВ». Маша выехала, бросила мельком взгляд на ворота, оставшиеся открытыми. «Черт с ними. Куры все равно в вольере».
Они доехали до церкви. Маша бросила джип перед развалинами и побежала следом за девочкой, поскальзываясь на росистой траве.
Пес пошевелился, заслышав их шаги, и, увидев это движение, Маша облегченно выдохнула. Но когда они подбежали ближе, сердце у нее упало.
Это были судороги. Лапы несчастного пса слабо подергивались, на губах выступила розоватая пена.
– Цыган, миленький! – Ксения, заливаясь слезами, положила ладонь на седую морду. – Он умирает, да? Умирает?
Маша застыла рядом. Ответ был очевиден.
– Я не хочу! – выкрикнула девочка, обратив к ней покрасневшее от слез лицо.
– Жди меня здесь! – приказала Маша и сбежала по ступеням.
Она вынула из багажника подстилку, благословляя мужа за предусмотрительность, и бегом вернулась к Цыгану. Ксения, сообразившая, что от нее требуется, помогла расстелить ткань, и вместе они осторожно перенесли на нее трясущегося пса. Маша сжалась. Он вот-вот испустит последний вздох. Они только ухудшают его последние минуты.
Внутренний голос твердил, что лучше дать собаке спокойно умереть, чем потакать собственной слабости, мучая его напоследок.
Но Маша, стиснув зубы, дотащила собаку до машины и погрузила на заднее сиденье. Ксения устроилась рядом с Цыганом. Она больше не плакала. Огромные глаза с надеждой следили за Машей.
Эта надежда была хуже всего. «Не довезем мы его», – с тоской подумала Маша.
– Пристегнись, – вслух сказала она.
Они сделали короткую остановку возле дома Беломестовой. Услышав о том, что произошло, Полина Ильинична охнула и побледнела.
