Нет, в отличие от сына, он не разбрасывал маячки и не открывал дорогу каэдам, но в критический момент вместо того, чтобы возглавить оборону, трусливо спрятался за спинами Фениксов. А это для главы рода равносильно предательству. Теперь ему грозил суд чести.
А вот Белиссу пришлось отпустить. Ей ничего предъявить не смогли, и на ее освобождении настояла Джалана.
Да, и еще, Твердыня, по указанию Граэма, по-прежнему была закрыта для посторонних. Вплоть до окончания расследования.
Именно поэтому нас во флигеле не осаждали толпы жаждущих пообщаться – не докучали и не беспокоили.
Ну, и, разумеется, благодаря Хоросу с Шуаррэгом.
Кое-кто, правда, пытался прорваться, издали размахивая срочным письмом от имперского целителя или от повелительницы, желавшей непременно, сию же минуту узнать, как себя чувствует «любимый сын». Но незваным гостям достаточно было лишь взглянуть на дракона с василиском, которые с грозным видом возникали прямо из воздуха у границы сада, и их энтузиазм немедленно угасал, сменяясь острым желанием побыстрее сбежать.
Глава 19
Так прошло несколько дней. А потом, однажды утром, когда я, вернувшись от дерева, привычно расположилась в кресле возле кровати, наследник вдруг резко выдохнул и открыл глаза. Это было так неожиданно и удивительно, что я в первое мгновение не поверила тому, что вижу. Вскочила, хотела броситься к нему и застыла, споткнувшись о недоуменный, вопросительный взгляд Кайдена.
– Что происходит? Почему я здесь? Что вы тут делаете? – произнес он отрывисто, глухо.
"
"Я похолодела. Вы?.. Фарн обращается ко мне на «вы»? Он, что, потерял память и забыл все, что нас связывает? Забыл меня?
Все-таки нашла в себе силы – шагнула вперед, опустилась на край постели.
– Произошло много… важного. Неужели не помнишь?
– Нет. Вернее, очень смутно. В голове какой-то сумбур.
Кайден поморщился, озадаченно потер лоб, явно пытаясь сообразить, что творится.
– А меня… – от волнения в горле образовался сухой, колючий комок, который никак не удавалось сглотнуть.
– Меня помнишь… помните?
– Странный вопрос. Разумеется, – мужчина нахмурился еще больше. – Эннари Янт. Дочь Зеона Янта… Моя невеста.
– И все? – выдавила, почти не дыша.
Долгая, показавшаяся бесконечной пауза, а затем Кайден накрыл мою подрагивающую ладонь своею – твердой, горячей, – потянул к себе и, когда я нагнулась, выдохнул, не сводя глаз с лица.
– Нет, не все, далеко не все. Еще ты женщина, которую я люблю. Безмерно. Безумно.
