Верой и правдой отслужу, жизнь отдам…
Значит, слуги догадались? Как мы ни скрывали…
– Не надо ничего отдавать. Я и так помогу. Сделаю все, что в моих силах, – я потянула вверх цеплявшуюся за меня экономку, помогая ей подняться, и оглянулась на лордов: – Что там случилось, ведь все же хорошо было?
– Вот сейчас и выясним, – сжал кулаки Фарн.
В лазарет, размещенный в одном из строений, недалеко от внутреннего дома, Дракон с Василиском вошли первыми, я скромно следовала позади, изображая свиту.
Что бы там ни навоображали себе слуги – с ними мне, кстати, еще предстояло объясниться, – но вокруг в данный момент было немало чужих, случайных людей.
Так что внешне все, в любом случае, должно выглядеть, как обычно: наследник с родственником явились разобраться с проблемой, а невеста-лишенка, которую он по доброте душевной терпит и даже защищает, просто увязалась за ними.
Хорошо хоть в комнату, где находился малыш, никого из посторонних не пустили – Хобб позаботился. Ребенка перенесли в отдельную спальню, и сейчас здесь дежурили только свои, те, кому я безоговорочно доверяла.
Пока Граэм с Фарном запечатывали магией двери и ставили охранный полог, мэтр вводил меня в курс дела:"
"– Внезапно лишился сознания. Судороги. Резкая потеря жизненных сил. И искра опять едва тлеет.
– Понятно… – кивнула уже на ходу, полностью сосредоточившись на маленьком пациенте.
Опуститься на край кровати, положить ладонь на высокий, покрытый испариной лоб, настроиться, отключиться от окружающего мира, перейти на истинное зрение и…
От того, что я увидела, моментально перехватило дыхание.
Жгут… хороший, прочный, надежный энергетический жгут, который я лично наложила, и который еще пару дней назад был на месте, исчез. Испарился. Да и канал, по которому из пострадавшего вытекала магия и жизненная энергия, уже не походил на тонкую нить – скорее, на толстый, узловатый канат. Угольно-черный, раздувшийся, как пиявка, он сыто мерцал, мерно сокращаясь и выкачивая из ребенка последние силы.
Попробовала снова перехватить эту мерзость, пережать хоть как-нибудь но моя «удавка» соскальзывала, растворяясь в беспросветной склизкой темноте.
Одна попытка, вторая, третья… десятая, и я устало откинулась на спинку кровати.
– Нари, что там? – тревожно поинтересовался Хобб.
– Жгут уничтожен, – отрывисто отчиталась я. – Похоже, когда мы оставили противника без подпитки и заставили голодать, он сосредоточился на одной цели, вот на этом ребенке, прорвался к нему и теперь намерен осушить полностью.
