Горячий, тяжелый, возбужденный… Такой нужный. Такой… мой.
— Скажи «нет»! — яростно потребовал он, снова впиваясь в мои губы, но я помотала головой. Не дождется.
— Иди. Нахер, — выдохнула я и начала расстегивать пуговицу на его брюках. Мне он сейчас был нужен так сильно, что я не могла отказаться. И пусть будет, что будет.
— Все, — вдруг прорычал Ник и ловко перехватил мои руки, которые почти успели забраться к нему в штаны. — Я давал тебе шанс уйти. Ты могла. А теперь…
И не договорив, он тут же запечатал мне рот горячим жёстким поцелуем.
Его губы, твердые, требовательные, голодные, терзали мой рот с такой жадностью, что у меня темнело в глазах. Я лихорадочно гладила спину, плечи, шею, затылок — пальцы зудели от необходимости к нему прикасаться, а голову кружило от того, что все это не сон. Ник на самом деле был рядом. И целовал меня так, как будто через секунду ожидался конец света.
— Блядь, какая же ты, — хрипло шептал Ник, вклиниваясь коленом между моих бедер и бесстыдно раздвигая их.
— Хочу тебя! Хочу!
— Тогда почему ты все еще одет? — простонала я, изо всех сил прижимаясь к нему и безумно раздражаясь от того, что он недостаточно голый. С его шикарной обнаженной грудью, которая так волшебно терлась об мои затвердевшие соски, все было просто замечательно. А вот чертовы брюки все еще были на нем, и это бесило неимоверно.
Я снова попыталась расстегнуть ему ширинку, чтобы выпустить из плена прекрасный напряженный член, но Ник опять перехватил мою руку и чувствительно прикусил за шею.
— Дай! — проскулила я. — Я хочу его…
— Как ты хочешь? — развратно ухмыльнулся он. — Вот так?
Ник обвел пальцами контур моих губ и до невозможности пошло и сладко толкнулся в мой рот двумя пальцами. Я со стоном приняла их и стала посасывать, оглаживая языком, будто это был член. Ник вздрогнул всем телом и коротко простонал.
— Да, да, — бормотал он, продолжая покусывать и целовать мою шею.
— Я бы дал тебе отсосать, малыш, но слишком сильно хочу тебя трахнуть. Давай, оближи еще разок. Вот так, умница…. Блядь, как же я люблю твой рот, твои сладкие губы, твой наглый, вечно нарывающийся язычок…
С неприличным хлюпаньем Ник вытащил из моего рта мокрые пальцы и медленно, дразнясь, обвел ими по очереди мои соски, заставляя меня стонать и выгибаться.
— Твою грудь тоже люблю, — прошептал он. — И помню, как тебе нравится.
