Вот он, бесстрашием гоним,Взлетел на бруствер — и по знакуМассовка двинулась за нимВ несокрушимую атаку!И вдруг, разрывом опален,Споткнулся и упал в сторонку…Но однорукий почтальонНадежно спрятал похоронку.…И он воскрес! Сквозь забытье,Сквозь кровь на той траве весеннейУсталые глаза ееПоказывали путь к спасенью.Потом — завшивевший баракИ шепот о побеге скором —Недолго поглумился врагНад узнаваемым актером!Вот общий план: дорога, даль…Обратный путь, какой он длинный!Луч солнца высветил медаль,Медаль «За взятие Берлина»…А мой сосед вздохнул опять:— Ведь это ж надо так завраться!А впрочем… Правду рассказать —Недолго сердцу разорваться…В артполку
Дальних залпов доносятся гулы,Незнакомо строчит пулемет,Рядом бой!.
. Но развод караулаВ гарнизоне спокойно идет.
Я вернусь в караулку, ладониПодержу над огнем и усну…Очень любят у нас в гарнизонеКинофильмы крутить про войну…Долг
Памяти поэта-офицера
Александра Стовбы,
погибшего при исполнении
интернационального долга
Материнский охрипший, беззвучный вой.Залп прощальный. И красный шелк.Этот мальчик погиб, выполняя свойИнтернациональный долг.
Что он думал, в атаку ту поднявшись,Перед тем как упал и умолк?..Тьме отдать непочатую, в общем-то, жизнь —Интернациональный долг.Мы не раз вызволяли народы из тьмы,За полком посылая полк.Пол-Европы засеять своими костьми —Интернациональный долг.
О страдания чаша! А сколько чашМы испили? Мы в этом толкПонимаем. Наверное, это — нашИнтернациональный долг.
1975–1985
Между двумя морями
Повесть о поэте-фронтовике Георгии Суворове
«Узнать — как в душу заглянуть…»
(Вместо предисловия)Когда я захотел поближе познакомиться с этим человеком, мы были ровесниками: ему 24, мне 24.
