Ударники, герои,Гул строек по стране…Июнь.Двадцать второе.Ни слова о войне.Уже горит граница,И кровь течет рекой.Газетная страницаЕще хранит покой.Уже легли утратыНа вечные весы.Война достигнет завтраГазетной полосы.Мы выжили. Мы этоУмели испокон.Мне свежую газетуПриносит почтальон…Монолог расстрелянного за невыполнение приказа
— Я был расстрелян в сорок первом:«Невыполнение приказаВ смертельный для Отчизны час…»Ударил залп — я умер сразу,Но был неправильным приказ!И тот комбат, его отдавший,В штрафбате воевал потом,Но выжил, вытерпел и дажеЕще командовал полком!Тут справедливости не требуй:Война — не время рассуждать.
Не выполнить приказ нелепыйСтрашнее, чем его отдать!…Но, стоя у стены сарая,Куда карать нас привели,Я крепко знал, что умираюКак честный сын своей земли…Боль
Война порой теряется из вида:И генералы — не фронтовики,А все ж у мира, как у инвалида,Болит ладонь потерянной руки.
Мой сосед
Я расскажу про моего соседа.Седой солдат, на танковой бронеВ Берлин въезжал он… Мы вели беседуО жизни, о работе, о войне…Не о минувшей — о другой, что будетСтрашней любого Страшного суда.
И он сказал: — Бессмысленные люди!Всем надобен покой, а им — беда!Они перед своей Москвой заслоновНе ставили. Знай на чужбине рушь!За День Победы двадцать миллионовНе долларов, а человечьих душНе отдали! Они не вспоминают,Как возле пепелища плачет мать!Они еще войны не понимают!И дай им бог — ее не понимать!Кино"
"По телевизору война.
Какой-то фильм, почти что новый.Рассвет. Безмолвие. Весна.Но дрогнул ствол многодюймовый —И фронт ожил, и враг попер,Обрушилась артподготовка…Но узнаваемый актерУже приподнялся неловко.
