Он здесь, потому что моя женщина оставила неизгладимый след в его памяти, а не потому, что они остались друзьями.
Она это умеет.
– Мам…
Оля приподнимается на кровати, глядя на нас с Мишаней.
Топот его ног заполняет возникшую в комнате тишину.
Тхапсаев быстро встает и отходит в сторону, кладя руки в карманы белого халата.
Это отлично. Жать ему руку я бы не стал, отлично, что он это понимает.
– Добрый день, – опускаю на стол пакет с продуктами.
– Добрый, – посетитель почесывает затылок с легкой вежливой улыбкой на губах.
Хочу, чтобы он отсюда убрался. И желательно с концами.
Бросаю взгляд на постель, где Оля улыбается, ероша свежеподстриженную челку нашего сына. Прижимает к себе букет, который Мишаня водрузил на кровать рядом с ней, и смотрит на меня, чуть прикусив губу.
– Кхм… что ж, не буду мешать, – объявляет ее друг. – Если могу чем-нибудь помочь, обращайся.
Кривовато улыбаюсь, глядя на пакет перед собой.
– Спасибо, – шелестит Оля.
– Выздоравливай, – кивает он и направляется к двери.
Сажусь на стул, заняв его место, и упираю локти в колени.
Мишаня излагает тонкости нашего быта, а я общаюсь с его матерью без слов.
Пока она изучает меня, молча изучаю ее в ответ.
Глаза у нее кажутся огромными, движения замедленные. На ней пижама, которую привез сюда несколько дней назад. Синяя футболка и клетчатые штаны. Волосы собраны в косу.
– Хочешь, я тебе почищу апельсин? – лепечет Миша.
– Хочу…
– Сейчас… – срывается с места, направляясь к пакету.
Шуршит им за моей спиной, копошась и продолжая вещать.
– Как у вас дела? – тихо спрашивает Оля.
Посмотрев на свои туфли, секунду думаю о том, как ответить на этот вопрос.
Мою жизнь будто перепрошили. В ней осталось только два центральных элемента, и оба они находятся в этой комнате.
– Без тебя как-то херово, – констатирую ей.
Обведя языком сухие губы, она бормочет:
– А по-моему, парикмахер у вас классный…
Глава 69
Оля. Наши дни
Я прошу брата завезти меня домой.
Из-за слабости двигаюсь медленно. Пока он закупает в мини-маркете продукты по моему списку, я укладываю в большой чемодан кое-какие свои вещи и вещи Миши, толком не понимая, что нам нужно.
Четырнадцать дней. Столько меня не было. Всего две недели, но мир вокруг в прямом смысле стал другим, потому что наступила весна.
– Там кирпичи? – присвистывает Саша, укладывая чемодан в багажник своей машины.
Я забираюсь в салон, чувствуя, как на коже проступает пот.
Мы крутимся по городу уже больше часа, и на меня накатывает усталость.
