Очень хочу рвануть вперед, выхватить ружье и…
И понимаю, что это может закончиться чем угодно. Поэтому разворачиваюсь и иду к машине.
Да уж, дружбы у меня с тестем явно не будет.
Глава 37. Я уже взрослая
Ксения
Лежу в кровати, укутанная в одеяло с головой, только нос торчит.
Я в спальне одна, хотя мы делим ее на двоих с моей пятнадцатилетней сестрой Ольгой. Она сейчас в детской с младшими сестрами, боится зайти, потому что чувствует себя жутко виноватой за то, что проболталась маме про беременность.
Именно на сестру я не очень-то злюсь, может на ее месте и сама проболталась бы.
Но видеть и говорить с ней не хочу. Никого из своей семьи видеть не хочу, поэтому и ушла в спальню, спряталась под одеялом.
Слышу, как открывается дверь.
В комнату входит мама."
"– Ты чего лежишь в темноте? – тянет она с ноткой горечи в голосе.
Подходит к столу, включает ночник.
За окном уже стемнело, а я и не заметила даже. Ночь подкралась незаметно.
– Ксюш, пойдем ужинать, а? – говорит мама примирительным голосом.
– Ну это ж не дело, столько часов просто лежать. Поешь, повеселеешь, я испекла пирог, попьем чай.
Она правда думает, что после того как столько на меня кричала я побегу гонять с ней чаи? Я от нее ожидала другого – хоть толику понимания.
– Не хочу… – бурчу из-под одеяла.
– Ксюш, ну пойдем, – просит она ласково.
Не ведусь на провокацию, делаю вид, что вообще не замечаю ее присутствия.
Мама качает головой и уходит.
Прислушиваюсь к собственному организму, понимаю, что и вправду не хочу есть, хотя сегодня у меня в желудке не побывало почти ничего.
Ни есть не хочу, ни из комнаты выходить, ни видеть никого из родителей.
Я к Тимуру хочу…
Да, еще вчера я была на него жутко обижена, очень злилась. Подумала, что и вправду лучше не мириться, учитывая, как он себя со мной повел. Но подолгу обижаться на любимого человека, который к тому же хочет мириться, – это очень сложно. К утру я успела выплакать литр слез, а заодно созреть для нового разговора с мужем. Но… не сложилось.
В общагу к Светке нагрянул папа.
С моим отцом и в спокойном состоянии спорить себе дороже, а в бешеном вообще лучше тихонько сидеть и изображать послушную куклу.
Я и мяукнуть не успела, как он подхватил мою сумку и под конвоем сопроводил к своей старенькой «Ладе Калине». А дальше гнал домой на всех парах.
Все же я думала, что ситуация как-то утрясется, поговорю с Тимуром позже, может как-то уладим дело.
А он, оказывается, тут же поехал сюда.
