Просто непривычно как-то, я думал…
— Что я буду рыдать у окна? — вскидываю взгляд на сына. Понимаю, что не могу и дальше откладывать наш разговор. Мы так и не обсудили Сашкин уход, как и то, что к нему привело. Собираю в кулак все свое мужество. Я задолжала детям. Жаль, что Данька сейчас не с нами. Это не та тема, в которой я хотела бы повторяться.
— Мам…
— Ты ведь все знаешь, так?
— Знаю. — Демид сводит светлые брови и смотрит на меня исподлобья.
— И как это случилось?
— Да какая разница? Разве в этом дело?"
"— Не в этом, конечно… Просто нам всем, наверное, нужно привыкать к мысли, что у отца другая семья, что у вас будет… ээээ сводный брат, или сестра.
— У меня есть только один брат! — отрезает мой сын, гневно сверкая глазами. — А то, что этот… где-то там подженился, еще не означает, что и мы примем его шалаву с распростёртыми объятьями.
— Демид!
Мой сын слишком резок. Тон, избранный им в разговоре с матерью недопустим. Я осознаю это в полной мере и поэтому протестую! Но какая-то часть меня не может не радоваться тому, что сыновья, не раздумывая, встали на мою защиту.
— Это правда! — бычится Дёмка. — Извиняться не стану. И не проси.
Отставляю миску с яичной смесью, вытираю руки полотенцем и подхожу вплотную к сыну. Обнимаю его за пояс. Как и всякий мальчик, однажды посчитавший себя большим, он не любит «телячьих нежностей». Но мне нужен этот контакт. Я многое ему не смогу рассказать, и объяснить не смогу многое… В первую очередь опасаясь еще больше расстроить их отношения с Сашкой.
Я лишь могу постоять вот так некоторое время. Делясь с ним своим теплом и любовью. Чтобы он никогда не сомневался в том, что с уходом отца между нами все осталось по-прежнему. Что своих детей я все так же беззаветно люблю.
— Не надо извиняться, мой хороший… Не надо.
Дёмка неловко треплет меня по плечу. Его явно смущает сложившаяся ситуация, но он мужественно терпит мою нежность. Я откидываюсь в его руках и улыбаюсь:
— Так что, ты меня до которого часа гулять отпускаешь?
— Гулять?
— Ну, да… А что здесь такого? Дома меня никто не ждет.
Буду наверстывать упущенное. Может быть, в клуб какой-нибудь даже пойду, — закинула удочку я, проверяя реакцию сына.
— В клуб?! — Дёня выпучил на меня глаза, а я рассмеялась.
— Ну, а почему нет? Никогда не была. Мне ведь шестнадцать было, когда мы с папой поженились. Я… кроме этого, ничего в своей жизни не видела.
Мои слова заставили Демида призадуматься. Под его изучающим взглядом я вернулась к приготовлению омлета.
