Чтобы причинить мне боль, ей было бы насрать, а она этого не сделала.
— Позор, такое лицо, как твое, было потрачено впустую. По крайней мере, мы с твоим отцом можем сказать, что у нас родились красивые дети.
Я усмехаюсь, мои ноздри раздуваются: — Вот что происходит, когда ты воспитываешь ребенка в чужой тени, мама. Они становятся кошмарами.
Она подносит белую палочку ко рту, глубоко вдыхая, в уголках ее глаз появляются морщинки, и она слегка улыбается. Дым клубится в воздухе между нами. Я не стал переодеваться из костюма.
Я подошол к кровати, схватил спортивную сумку и перекинул ее через плечо.
— Тебе следует оставаться там, куда направляешься, до Рождества, это к лучшему, дорогой.
Предоставьте моему несовершенному родителю требовать моего отсутствия вместо того, чтобы спрашивать, куда я иду. Насколько они знают, я могу пойти на сделку с наркотиками. Я думаю, что наконец-то смирился с тем, что они, вероятно, побудят меня отправиться в опасное место, и если меня убьют, это будет чистым способом избавиться от меня.
Чтобы они могли перестать держать меня рядом, чтобы сохранить лицо.
— Мама, ты не видела мою медицинскую сумку…
Очевидно, я опоздал на воссоединение семьи, потому что Дориан прошел мимо двери спальни, но остановился, когда мельком увидел нас внутри.
Я молча умолял отца не высовывать свои седеющие волосы за угол. Даже если бы он это сделал, он бы посмотрел на меня на мгновение, а затем продолжил бы вести себя так, как будто меня не существовало. Я предпочел его из всех.
Он даже не пытался притворяться, что я ему нравлюсь.
Детская мечта — иметь старшего брата, на которого он может равняться. Кто-то, кто защитит его от более крупных хулиганов и научит наносить удары. Кого-то, кого они могут раздражать, пока не сдадутся и не поиграют с вами в видеоигры."
"Вот каким должен быть старший брат. Защитник. Руководство. Кто-то, на кого вы можете рассчитывать.
Я думаю, мой просто антихрист.
После окончания Холлоу Хайтс он уехал в Бостон, чтобы поступить в медицинскую школу, я думаю, что он теперь интерн или что-то в этом роде.
Я нахожу почти комичным, что ему доверяют жизни людей.
Как можно смотреть на него и не видеть, какой он эгоистичный, подлый, мудак.
И зная, что мои родители заставили меня быть таким же, как он. Создавая меня по своему образу. Мне хотелось содрать с себя кожу, думая об этом.
Он делает паузу, глядя на меня с отвращением: — Ты все еще здесь? Думали, они уже нашли тебя мертвым в канаве.
