— К вашему сведению, господа, — сказала она, снова привлекая к себе внимание, — то, что вы так полагаетесь на свое колдовское очарование, совсем не означает, что женщина на самом деле всем сердцем жаждет вас.
— Колдовское очарование? — оглядев столовую на наличие свободных мест, Дориан с некоторым облегчением уселся на только что освободившееся место рядом с Валерианом. — А что это?
— Не важно, — Шей скрестила руки на груди, в результате чего в вырезе рубашки стали видны ее мягкие очертания, — важно другое. Если бы эти женщины узнали вас, ваши характеры, ваши вкусы, то, что вам не нравится, ваше прошлое, планы на будущее — разве они и тогда бы вас хотели?
«Если бы женщины узнали вас», — удивленно повторил про себя Валериан.
Думать об этом оказалось... неприятно. Он никогда не находил даже минутки, чтобы обсудить свою жизнь — прошлую, настоящую или будущую — с какой-либо из своих любовниц. Его не волновало их мнение, а они никогда и не спрашивали. Тем не менее, сама возможность такого разговора с женщиной заинтриговала его.
Валериан внезапно осознал, что хотел бы обсудить свою жизнь с Шей. Он представил себе, как рассказывает ей о себе и наблюдает за ее реакцией. Как слушает воспоминания о ее прошлом. Нимф начал мечтать о том, чтобы узнать обо всех тех вещах, что заставляют глаза его любимой радостно сверкать. Узнать о ее тайных желаниях и воплотить в жизнь самые несбыточные мечты.
Королю нимф стало интересно, какой тип мужчин она предпочитала в прошлом. Ученых? Воинов? И как они относились к его женщине?
Она любила их?
Его ладони непроизвольно сжались в кулаки, при этом одна из рук едва не переломила лавку пополам.
Нимфа затопила убийственная жажда — ударить, покалечить, уничтожить любого, кто когда-либо осмеливался прикасаться к его возлюбленной. Эта потребность опаляла, словно прикосновение раскаленного металла, и жгла сильнее, чем драконий огонь.
Возможно, это было не совсем честно по отношению к НЕЙ, и даже лицемерно, учитывая его развратное прошлое, но Валериан яростно скрипнул зубами, не сумев укротить свое буйное воображение, которое преподносило ему одну за другой картинки, где возбужденная Шей отдается другому мужчине.
Отныне сердце и страсть Шей должны принадлежать только ему. И только Валериан будет воплощать в жизнь ее самые сокровенные желания. Иного не дано. ОН этого не допустит."
"Мысли короля нимф приняли другой оборот – он стал мечтать о том, как будет ласкать свою подругу. Как пропитает каждую клеточку ее тела своим запахом.
