.. это было сильнее. Она так жаждала его прикосновений, но как только могла, запрещала себе их хотеть. Задыхаясь, девушка попыталась отойти от Валериана, чтобы разорвать их связь. Но он держал ее крепко.
— Моя, — сказал Валериан.
Она укусила себя за внутреннюю часть щеки, чтобы не показать удовольствия, вызванного его словами.
— Ты говоришь загадками. Я не понимаю тебя.
— Ты поймешь. В свое время.
Его уверенные слова — предупреждение? обещание? — звенели в ее голове, когда Шей поднималась по последнему пролету деревянной лестницы.
Наверху две мерцающие кристаллические двери открывались при нажатии на гигантские рубины. Что это было? Украшенные драгоценными камнями дверные пружины?
Любопытство взяло верх, и Шей спросила:
— Почему дверь открывается именно таким образом?
— Дверь необходимо открывать и закрывать с помощью медальона драконов, а я не хочу носить на себе ничего из того, что принадлежит этим тварям. — Он почти что выплюнул слово ""драконов"", словно это было грязное проклятье.
И что Шей могла на это ответить?
Валериан бросил хмурый взгляд через плечо.
— И лучше не пытайся найти медальон. Если ты это сделаешь, то будешь наказана.
— А за то, что я дышу, ты меня не собираешься наказать? — рявкнула возмущенная девушка. Казалось, воин ищет любой предлог, чтобы наказать ее.
— Если ты будешь дышать в сторону другого мужчины, то да. — Это было серьезное предупреждение, но произнесенное доброжелательным тоном.
— Свинья.
— Любимая.
— Ублюдок.
Он бросил еще один взгляд через плечо.
На этот раз губы Валериана изогнулись в лукавой полуулыбке, и горячее желание заискрилось в его глазах подобно синему огню.
— Можешь это повторить, когда мы будем обнажены. Я тебе разрешаю.
Шей сглотнула и отвела взгляд. Умная женщина запомнила бы дорогу, по которой ее вели, чтобы иметь возможность сбежать, а не спорила все время (а вернее, пускала слюни) со своим похитителем.
Шей заставила себя действовать, как умная женщина. Первый длинный извилистый коридор, который они прошли, был с зубчатыми стенами и совершенно бесплодной почвой, без всяких отличительных знаков, которые могли бы помочь ей найти дорогу назад.
Затем поворот налево. Опять налево. Направо. Налево. Направо. Затем они прошли мимо нескольких открытых дверей, но двигались так быстро, что у нее не было ни одного шанса заглянуть внутрь. Звук их шагов эхом отзывался со всех сторон зала.
— Куда мы идем? — спросила девушка.
— В мою спальню.
