Все слова, которые она хотела сказать, пронеслись у нее в голове, борясь, чтобы выйти наружу, но она заталкивала их назад.
“Я люблю тебя”- слова, которые он ей сказал в день, когда она уехала. И она ничего не ответила, кроме: “Прости меня”.
- Спасательная миссия?- спросила она, глядя назад. Никаких признаков слежки не было.
Шаол проворчал, продолжая двигаться
- На бывших магов снова охотятся, чтобы казнить. Новые королевские охранники приводят их в тоннели до момента, пока не настанет время забоя. Они любят темноту, кажется, это только их усиливает.
- Почему не тюрьмы? Они достаточно темные, даже для валгов.
- Там слишком много народу. По крайней мере, для того, что они делают перед казнью.
- Они носят черные кольца? – Кивок. Ее сердце почти остановилось. – Меня не заботит, сколько людей они берут в тоннелях, не ходите сюда больше.
Шаол усмехнулся
- Нет выбора. Мы сюда идем потому, что мы - единственные, кто может.
В канализации просочился сильный запах морской воды. Если она правильно рассчитала все повороты, они приближаются к Авери.
- Объяснись.
- Они не замечают или их, действительно, не интересуют простые люди. Только люди с магией и родословной, даже их тайные перевозки не особо помогают, - он боковым зрением посмотрел на нее. - Поэтому я отправил Рена на север, чтобы он не оставался в городе.
Она споткнулась о щель в камнях.
– Рен… Ручейник?
Шаол медленно кивнул.
Земля под ней покачнулась. Рен Ручейник. Еще один ребенок Террасена. Живой. Он жив.
- Мы узнали, что Рен - их цель,- сказал Шаол.
- Мы вошли в одно из их гнезд. В них они выглядели даже правильно. Меня и Несрин полностью проигнорировали. Как только мы вышли, я послал за Реном. На следующий день он отправился в Террасен, чтобы сплотить там мятежников. Поверь мне на слово, он не очень-то был доволен этим.
Интересно. Интересно и совершенно безумно.
- Те штуки - это демоны. Валги. И они вытягивают из тебя жизнь, питаясь тобой, пока не останется оболочка?
- Это не шутка, - резко оборвала она. Во снах ее преследовали воспоминания о том, как принцы-валги пытались выпить ее жизненную силу.
И каждый раз просыпалась с криком, достигающем война-фейца, которого там не было, чтобы напомнить ей, что они их одолели, они выжили.
- Я знаю, - его взгляд переместился туда, где сейчас висел Златинец.- Новый меч?
Она кивнула. Раньше между ними было около трех футов. Теперь три фута и многие месяцы, проведенные в ненависти. Месяцы ползания по той пропасти, в которую он ее столкнул.
